ЧЕТВЕРТЫЙ КАССАЦИОННЫЙ СУД

ОБЩЕЙ ЮРИСДИКЦИИ

Дело № 88-13312/2026

(в суде 1-й инстанции № 2-2354/2025)

УИД 34RS0001-01-2025-004260-43

О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

    г. Краснодар                                                                                  4 июня 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Четвертого кассационного суда общей юрисдикции в составе:

председательствующего Губаревой С.А.,

судей Асанова Р.Ф., Лоншакова Г.Н.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Прикоп Сильвии Петровны к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Волгоградской области об оспаривании решения, признании права на досрочное назначение страховой пенсии по старости и возложении обязанности назначить пенсию,

по кассационной жалобе Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Волгоградской области на решение Ворошиловского районного суда г. Волгограда от 12 ноября 2025 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Волгоградского областного суда от 4 марта 2026 года.

Заслушав доклад судьи Губаревой С.А., судебная коллегия

у с т а н о в и л а:

Прикоп С.П. обратилась в суд с иском к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Волгоградской области (далее также – ОСФР по Волгоградской области, пенсионный орган), в котором просила признать незаконным решение ответчика от 21 марта 2025 года № 69913/25 об отказе в назначении досрочной страховой пенсии по старости и установлении федеральной социальной доплаты к пенсии, признать за ней право на досрочное назначение страховой пенсии по старости в соответствии с пунктом 1.2 части 1 статьи 32 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» (далее также – Федеральный закон от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ), возложить на ответчика обязанность назначить досрочную страховую пенсию по старости по данному основанию с 22 марта 2025 года.

Решением Ворошиловского районного суда г. Волгограда от 12 ноября 2025 года, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Волгоградского областного суда от 4 марта 2026 года, исковые требования удовлетворены частично.

Признано незаконным решение ОСФР по Волгоградской области                  от 21 марта 2025 года № 69913/25 об отказе в установлении досрочной страховой пенсии по старости и установлении федеральной социальной доплаты к пенсии.

На ОСФР по Волгоградской области возложена обязанность назначить Прикоп С.П. досрочную страховую пенсию по старости в соответствии с пунктом 1.2 части 1 статьи 32 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ с 22 марта 2025 года

В кассационной жалобе ОСФР по Волгоградской области просит отменить постановленные по делу судебные акты, принять новое решение, которым в удовлетворении заявленных требований отказать. В обоснование доводов жалобы выражает несогласие с выводами судов об учете детей для определения права на досрочную страховую пенсию по старости, поскольку они рождены на территории Украины, уход за ними до достижения ими восьми лет осуществлялся на территории Украины, с которой у Российской Федерации отсутствует международный договор в отношении пенсионного обеспечения граждан. Отмечает, что истец возраста 57 лет достигла только 21 марта 2025 года, соответственно, у пенсионного органа до прекращения действия Соглашения от 13 марта 1992 года, то есть до 1 января 2023 гола, не возникло обязательства по ее пенсионному обеспечению, что указывает на ошибочность применения судами данного соглашения к спорным отношениям при исчислении страхового стажа Прикоп С.П.

В судебное заседание кассационного суда общей юрисдикции лица, участвующие в деле, не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом. Информация о движении дела размещена также на официальном сайте Четвертого кассационного суда общей юрисдикции в сети Интернет по адресу: 4kas.sudrf.ru.

Учитывая надлежащее извещение лиц, участвующих в деле, о времени и месте судебного разбирательства в суде кассационной инстанции, судебная коллегия сочла возможным на основании положений части 3 статьи 167 и части 5 статьи 379.5 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации рассмотреть жалобу в отсутствие не явившихся лиц.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия по гражданским делам Четвертого кассационного суда общей юрисдикции приходит к следующему.

В части 1 статьи 379.6 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации закреплено, что кассационный суд общей юрисдикции проверяет законность судебных постановлений, принятых судами первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения и толкования норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного постановления, в пределах доводов, содержащихся в кассационных жалобе, представлении, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом.

Согласно части 1 статьи 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений кассационным судом общей юрисдикции являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Таких нарушений не допущено судебными инстанциями при рассмотрении настоящего дела.

Как установлено судами и следует из материалов дела, Прикоп С.П., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, является матерью П.А.Ю., родившейся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, П.В.Ю., родившегося ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, Б.С.С., родившегося ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>.

Судами установлено, что родительских прав в отношении данных детей Прикоп С.П. не лишалась, а также, что Прикоп С.П. с П.А.Ю. и            П.В.Ю. прибыла 11 октября 1991 года в <адрес> из <адрес>, с указанного времени постоянно проживает на территории данного сельского поселения.

10 марта 2025 года Прикоп С.П. обратилась в ОСФР по Волгоградской области с заявлением о назначении досрочной страховой пенсии по старости в соответствии с пунктом 1.2 части 1 статьи 32 Федерального закона                          от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ.

Решением ОСФР по Волгоградской области от 21 марта 2025 года в назначении досрочной страховой пенсии по старости Прикоп С.П. отказано по мотиву отсутствия у нее права на установление досрочной страховой пенсии по старости по пункту 1.2 части 1 статьи 32 Федерального закона                   от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ, несоблюдения требуемых условий для назначения досрочной пенсии по достижении возраста 57 лет, поскольку двое из троих детей, а именно П.А.Ю. и П.В.Ю., родились на территории Украины, что исключает возможность их учета при оценке ее пенсионных прав.

В подсчет страхового стажа истцу учтен период ухода за ребенком Б.С.С., который родился и достиг 8-летнего возраста на территории Российской Федерации.

Отказывая в принятии к учету периодов ухода за детьми П.А.Ю. и П.В.Ю., пенсионный орган указал, что дети рождены на территории Украины, тогда как в связи с принятием Федерального закона от 11 июня 2022 г. № 175 ФЗ «О денонсации Российской Федерацией Соглашения о гарантиях прав граждан государств-участников Содружества Независимых Государств в области пенсионного обеспечения», при переезде граждан из Таджикистана, Туркмении, Узбекистана и Украины на постоянное место жительства в Российскую Федерацию, их пенсионное обеспечение при соблюдении необходимых условий осуществляется с 1 января 2023 года в соответствии с законодательством Российской Федерации, в связи с чем учитываются дети, рожденные и воспитанные на территории Российской Федерации.

Разрешая спор и удовлетворяя заявленные требования частично, суд первой инстанции, с выводами которого согласился суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», установив, что дети истца являются гражданами Российской Федерации, воспитаны своей матерью до достижения ими возраста 8 лет, и указав, что право женщины на досрочное назначение пенсии по основанию, предусмотренному пунктом 1.2 части 1 статьи 32 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ, не находится в зависимости от места рождения и воспитания детей, пришел к выводу о наличии правовых оснований для досрочного назначения Прикоп С.П., имеющей трех детей, воспитавшей их до достижения 8 лет, страховой пенсии по старости, возложив на ОСФР по Волгоградской области обязанность назначить страховую пенсию по старости с 22 марта 2025 года (с момента достижения возраста 57 лет).

Судебная коллегия не находит оснований для признания выводов судов первой и апелляционной инстанций незаконными, поскольку они отвечают требованиям законодательства, регулирующего спорные отношения, имеющие значение для дела обстоятельства определены судами верно.

Основания возникновения и порядок реализации права граждан Российской Федерации на страховые пенсии установлены Федеральным законом от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», вступившим в силу с 1 января 2015 года.

Право на страховую пенсию имеют граждане Российской Федерации, застрахованные в соответствии с Федеральным законом от 15 декабря 2001 г. № 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации», при соблюдении ими условий, предусмотренных данным Федеральным законом (часть 1 статьи 4 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ).

В соответствии с частью 3 статьи 3 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ, если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные настоящим Федеральным законом, применяются правила международного договора Российской Федерации.

Согласно части 1 статьи 8 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ право на страховую пенсию по старости имеют лица, достигшие возраста 65 и 60 лет (соответственно мужчины и женщины).

Согласно положениям статьи 8 указанного Закона по общему правилу право на страховую пенсию по старости имеют мужчины, достигшие возраста 65 лет, и женщины, достигшие возраста 60 лет (с учетом положений, предусмотренных приложением 6 к данному Закону), при наличии не менее 15 лет страхового стажа и величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30. При этом частью 3 статьи 35 данного федерального закона предусмотрено, что с 1 января 2015 года страховая пенсия по старости назначается при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента не ниже 6,6 с последующим ежегодным увеличением на 2,4 до достижения величины 30.

Порядок и условия сохранения права на досрочное назначение страховой пенсии отдельным категориям граждан определены статьей 32 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ.

Пунктом 1.2 части 1 статьи 32 названного Федерального закона, в частности, предусмотрено, что страховая пенсия по старости назначается ранее достижения возраста, установленного статьей 8 данного Федерального закона, при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30 женщинам, родившим трех детей и воспитавшим их до достижения ими возраста 8 лет, достигшим возраста 57 лет, если они имеют страховой стаж не менее 15 лет.

Согласно пункту 3 части 1 статьи 12 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ в страховой стаж наравне с периодами работы и (или) иной деятельности, которые предусмотрены статьей 11 настоящего Федерального закона, засчитывается период ухода одного из родителей за каждым ребенком до достижения им возраста полутора лет, но не более шести лет в общей сложности.

В сфере пенсионного обеспечения применяются общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации. В случае, если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные Федеральным законом от 28 декабря 2013 года от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ, применяются правила международного договора Российской Федерации (часть 3 статьи 2 Федерального закона).

В связи с принятием Федерального закона от 11 июня 2022 г. № 175-ФЗ «О денонсации Российской Федерацией Соглашения о гарантиях прав граждан государств-участников Содружества Независимых Государств в области пенсионного обеспечения», который вступил в силу с 30 июня 2022 года, Соглашение СНГ прекратило свое действие для Российской Федерации 31 декабря 2022 года.

Соглашение «О гарантиях прав граждан государств - участников Содружества Независимых Государств в области пенсионного обеспечения» от 13 марта 1992 г. с 1 января 2023 года денонсировано, в связи с чем не подлежит применению, иного договора между Украиной и Российской Федерации в области пенсионного и социального обеспечения не заключено. Кроме того, Соглашение «О гарантиях прав граждан государств - участников Содружества Независимых Государств в области пенсионного обеспечения» применялось лишь к вопросам учета стажа в целях определения размера пенсии и не охватывало другие элементы социально-демографического статуса лица, претендующего на назначение пенсии.

СССР прекратил свое существования на основании Соглашения                        от 8 декабря 1991 г. «О создании СНГ», ратифицированного постановлением Верховного Совета РСФСР от 12 декабря 1991 г. № 2014-1, на территории Российской Федерации - с 12 декабря 1991 года, на территории Украины - с 10 декабря 1991 года.

Судами учтено, что дети истца П.А.Ю. и П.В.Ю. родились в Украинской ССР, то есть на территории СССР, до его распада.

Таким образом, местом рождения первых двух детей истца является СССР, а не Украина или Украинская ССР.

Между тем, пункт 1.2 части 1 статьи 32 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ императивного требования о рождении и воспитании трех детей до достижения им возраста 8 лет на территории Российской Федерации, не устанавливает.

В связи с чем суды обоснованно признали незаконным решение ответчика в части оставления без учета факта рождения истцом двух детей на территории СССР при оценке ее пенсионных прав, и обоснованно возложили на ответчика обязанность учесть данное юридически значимое обстоятельство.

Вопреки доводам кассационной жалобы ответчика об отсутствии оснований для удовлетворения требований ввиду рождения двух из трех детей на территории Украины, при рассмотрении настоящего дела судом обоснованно учтено, что положения пункта 1.2 части первой статьи 32 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ не подлежат расширительному толкованию, в данном пункте отсутствует указание на необходимость подтверждения факта рождения и ухода за детьми на территории Российской Федерации, поскольку пенсия по старости досрочно назначается женщинам, родившим трех детей и воспитавшим их до достижения ими возраста 8 лет, достигшим возраста 57 лет, если они имеют страховой стаж не менее 15 лет.

Принятые судебные решения согласуются с правовой позицией, изложенной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 27 апреля 2026 года № 28-П по делу о проверки конституционности пункта 1.2 части 1 статьи 32 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ в связи с жалобой гражданки Ростовой Е.П., согласно абзацу второму пункта 2 которого, определение условий и порядка реализации права на пенсионное обеспечение, в том числе установление видов пенсий, оснований и условий приобретения права на них отдельными категориями граждан, относится к компетенции законодателя (часть 2 статьи 39 Конституции Российской Федерации). Осуществляя соответствующее регулирование, законодатель располагает достаточно широкой свободой усмотрения и, предусматривая основания возникновения и порядок реализации права на страховые пенсии, может вводить для отдельных категорий граждан специальные правила пенсионного обеспечения, учитывающие применительно к этим лицам определенные объективно значимые обстоятельства, обусловливающие в том числе возникновение права на досрочное назначение страховой пенсии по старости. Такого рода дифференцированный подход согласуется с предписаниями части 3 статьи 17, частей 1 и 2 статьи 19, и части 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации, которая, как не раз отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, допускает существование различий в правах граждан в той или иной сфере, если такие различия объективно оправданны, обоснованны и преследуют конституционно значимые цели, а используемые для достижения указанных целей правовые средства соразмерны им.

В абзацах втором и третьем пункта 4 названного постановления, Конституционный Суд Российской Федерации указал, что, независимо от того, по какому из оснований, предусмотренных пунктами 1, 1.1 и 1.2 части 1 статьи 32 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ, женщинам в льготном порядке назначается страховая пенсия по старости, установлено условие о воспитании ими детей до достижения 8 лет. При этом в числе условий, определяющих право на досрочное пенсионное обеспечение матерей в связи с рождением и воспитанием детей, место рождения последних и государственная принадлежность территории, на которой они родились, в пунктах 1, 1.1 и 1.2 части 1 статьи 32 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ, устанавливающих такую льготу для многодетных женщин, не названы.

Доводы кассационной жалобы об отсутствии оснований для удовлетворения иска в связи с прекращением действия Соглашения о гарантиях прав граждан государств - участников Содружества Независимых государств в области пенсионного обеспечения, заключенного 13 марта 1992 года не являются основанием для отмены обжалуемых судебных актов, поскольку судами обоснованно указано, что приведенным Соглашением были урегулированы лишь вопросы учета трудового стажа граждан государств-участников Соглашения и не охватывались другие элементы статуса лиц, претендующих на назначение пенсии, при этом, действующее пенсионное законодательство, а именно пункт 1.2 части 1 статьи 32 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ не содержит нормы, предусматривающей обязательное рождение женщиной и воспитание ею ребенка до 8 лет именно на территории Российской Федерации и РСФСР, в связи с чем, прекращение действия указанного Соглашения не могло повлиять на право истца, родившей трех детей, на досрочное назначение страховой пенсии при наличии у нее совокупности условий, предусмотренных для назначения пенсии по указанному основанию.

В целом, приведенные заявителем в кассационной жалобе доводы, сводятся к неправильному толкованию подлежащих применению норм права, направлены на иную оценку установленных по делу обстоятельств, а потому основанием к отмене судебных актов являться не могут.

Выводы судов первой и апелляционной инстанций мотивированы, судом учтены положения процессуального законодательства об относимости и допустимости доказательств (статьи 59, 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), в судебных актах отражены результаты оценки доказательств с приведением мотивов, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими, что соответствует положениям части 4 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

На недопустимость судом кассационной инстанции устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанций, предрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими, а также исследовать новые доказательства указано в пункте 36 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 июня 2021 г. № 17 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регулирующих производство в суде кассационной инстанции».

Нарушений норм материального либо процессуального права, влекущих отмену судебных актов, при рассмотрении настоящего дела судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного оснований для отмены или изменения обжалуемых судебных постановлений не имеется.

Руководствуясь статьями 379.7, 390, 390.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

о п р е д е л и л а:

решение Ворошиловского районного суда г. Волгограда от 12 ноября 2025 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Волгоградского областного суда от 4 марта 2026 года оставить без изменения, кассационную жалобу Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Волгоградской области - без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Определение в окончательной форме составлено 18 июня 2026 года.