ЧЕТВЁРТЫЙ КАССАЦИОННЫЙ СУД

ОБЩЕЙ ЮРИСДИКЦИИ

                                    дело № 77-1236/2024

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Краснодар 2 мая 2024 года

Судебная коллегия по уголовным делам Четвёртого кассационного суда общей юрисдикции в составе:

председательствующего Караулова М.Г.,

судей Асанова Р.Ф., Ноздрина В.С.,

при ведении протокола судебного заседания секретарём Жировой М.В.,

с участием:

прокурора Загудаевой Е.Ю.,

потерпевшего ФИО5,

защитника осуждённого ФИО1 – адвоката Сергиенко О.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по кассационному представлению заместителя прокурора Астраханской области Иванова В.В. на приговор Советского районного суда г. Астрахани от 19 июня 2023 года и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Астраханского областного суда от 10 августа 2023 года, в соответствии с которыми

ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, несудимый,

осуждён по части 3 статьи 30, части 4 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее – УК РФ) с применением статьи 64 УК РФ к штрафу в размере 500 000 рублей, на основании части 3 статьи 47 УК РФ лишён права занимать должности на государственной службе, связанные с осуществлением функций представителя власти в правоохранительных органах, на срок 2 года.

Учитывая содержание ФИО1 под стражей наказание в виде штрафа смягчено до 450 000 рублей.

Решены вопросы о мере пресечения, вещественных доказательствах.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Астраханского областного суда от 10 августа 2023 года приговор оставлен без изменения.

Заслушав доклад судьи Караулова М.Г., выслушав позицию прокурора Загудаевой Е.Ю., мнение потерпевшего ФИО5, выступление защитника осуждённого ФИО1 – адвоката Сергиенко О.В., судебная коллегия

установила:

приговором Советского районного суда г. Астрахани от 19 июня 2023 года ФИО1 осуждён за то, что являясь должностным лицом – старшим участковым уполномоченным полиции отдела участковых уполномоченных полиции и по делам несовершеннолетних отдела полиции № <данные изъяты> УМВД России по г. <адрес>, используя свое служебное положение, ДД.ММ.ГГГГ, покушался на хищение путём обмана ФИО5 денежных средств в сумме <данные изъяты> рублей, что составляет особо крупный размер.

Преступление совершено при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В кассационном представлении заместитель прокурора Астраханской области Иванов В.В., не оспаривает виновность осуждённого и квалификацию содеянного, убеждён в несправедливости приговора вследствие чрезмерной мягкости назначенного наказания, указывает, что, назначая ФИО1 наказание, суды существенно нарушили уголовный закон. Ссылаясь на судебную практику, оспаривает законность признания смягчающим наказание обстоятельства активное способствование раскрытию и расследованию преступления, считает, что один лишь факт признания ФИО1 в ходе предварительного следствия своей вины не может расцениваться как активное способствование раскрытию и расследованию преступления, так как по смыслу закона оно состоит в активных действиях виновного, направленных на сотрудничество с органами следствия и совершенных добровольно, а не под давлением имеющихся улик, как имело место по настоящему делу. Настаивает на необоснованности назначения наказания в виде штрафа с применением статьи 64 УК РФ, и указывает, что суды не в должной мере учли характер общественной опасности преступления, а именно направленность деяния на охраняемые уголовным законом социальные ценности, степень общественной опасности преступления, в частности способ совершения преступления и вид умысла, без должных внимания и оценки оставили конкретные обстоятельства данного дела, а именно совершение преступление сотрудником полиции. Убеждён в том, что назначение наказания в виде штрафа за совершенное ФИО1 как сотрудником полиции тяжкое преступление не соответствует целям и задачам наказания. Обращает внимание на содержание апелляционного определения, в котором, как считает автор представления, не приведены убедительные суждения по доводам прокурора о несправедливости приговора. Подводя итог, просит судебные решения отменить и направить уголовное дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационного представления, выслушав вступления сторон, судебная коллегия находит апелляционное определение подлежащим отмене в связи с неправильным применением уголовно-процессуального и уголовного законов, что повлияло на исход дела.

По смыслу статьи 4011 УПК РФ во взаимосвязи с положениями части 1 статьи 40115 УПК РФ круг оснований для отмены или изменения судебного решения в кассационном порядке ввиду существенного нарушения уголовного закона (неправильного его применения) и (или) существенного нарушения уголовно-процессуального закона ограничен лишь такими нарушениями, которые искажают саму суть правосудия и смысл судебного решения как акта правосудия, повлияли на исход уголовного дела, т. е. на правильность его разрешения по существу, в частности, на назначение судом наказания.

В части 4 статьи 7 УПК РФ закреплено, что определение суда должно быть законным, обоснованным и мотивированным. Таковым судебное решение признаётся, если оно вынесено с соблюдением требований уголовно-процессуального закона при правильном применении уголовного закона.

Согласно пункту 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 июня 2019 года № 19 «О применении норм главы 471 УПК РФ, регулирующих производство в суде кассационной инстанции» представления на несправедливость приговора, по которому было назначено наказание, не соответствующее тяжести преступления, личности осуждённого, или по которому судом назначено несправедливое наказание вследствие его чрезмерной мягкости либо чрезмерной суровости подлежат проверке судом кассационной инстанции в случае, если такое решение суда явилось следствием неправильного применения норм уголовного закона, в том числе положений статьи 60 УК РФ.

В соответствии со статьёй 4016 УПК РФ пересмотр в кассационном порядке определения суда по основаниям, влекущим ухудшение положения осуждённого, допускается, если в ходе судебного разбирательства были допущены повлиявшие на исход дела нарушения закона, искажающие саму суть правосудия и смысл судебного решения как акта правосудия.

Такие нарушения по настоящему уголовному делу допущены судом апелляционной инстанции, а установленный законом годичный срок для пересмотра судебного решения не истёк.

Обвинительный приговор в отношении ФИО1 по своему содержанию отвечает требованиям уголовно-процессуального закона, предъявляемым к нему, он содержит описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, конкретных действий осуждённого, формы вины, цели, в нём изложены доказательства, на которых основаны выводы суда. Виновность и фактические обстоятельства совершённого преступления судом установлены правильно на основании только исследованной в судебном заседании и приведённой в приговоре совокупности доказательств. Односторонность и противоречивость в выводах суд не допустил.

Суд кассационной инстанции убедился в том, что на стадии предварительного следствия нарушения норм уголовно-процессуального закона при собирании доказательств, исследованных судом первой инстанции и приведённых в приговоре, не допущены.

Требования закона, предъявляемые к суду при рассмотрении им уголовного дела, соблюдены, судебное следствие проведено в соответствии с требованиями статей 273 – 291 УПК РФ с соблюдением принципов всесторонности, полноты и объективности исследования фактических обстоятельств уголовного дела.

Обстоятельства, при которых ФИО1 совершил преступление и которые в силу статьи 73 УПК РФ подлежали доказыванию по делу, суд установил правильно, его выводы о виновности осуждённого соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным в судебном заседании.

Верно установив фактические обстоятельств дела, принимая во внимание разъяснения, содержащиеся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате», действиям ФИО1 суд дал правильную юридическую оценку, законно квалифицировал их по части 3 статьи 30, части 4 статьи 159 УК РФ. Все приведённые в приговоре квалифицирующие признаки преступлений нашли своё подтверждение, размер причинённого ущерба установлен правильно. Основания для иной правовой оценки действий виновного отсутствуют.

Как установил суд, ФИО1, являясь должностным лицом – старшим участковым уполномоченным полиции отдела участковых уполномоченных полиции и по делам несовершеннолетних отдела полиции № УМВД России по <адрес>, используя своё служебное положение, покушался на хищение путём обмана принадлежащих ФИО5 денежных средств в особо крупном размере в сумме <данные изъяты> рублей, однако, не довёл преступление до конца, поскольку был задержан сотрудниками УФСБ России по <адрес>.

Назначая осуждённому наказание, суд не установил обстоятельств, отягчающих наказание, признал смягчающими наказание обстоятельствами: наличие малолетних детей у виновного, один из которых перенёс тяжёлую травму, явку с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, признание вины, раскаяние в содеянном, принесение извинений потерпевшему, который просил не назначать суровое наказание, его семейное и социальное положение, состояние здоровья родных, участие в их жизни и оказание им помощи, положительные характеристики, привлечение к уголовной ответственности первые, наличие благодарственных писем, грамот, благодарностей.

Также при назначении наказания суд учёл его возраст, материальное положение и стадию преступления – покушение на него.

Выявленную совокупность смягчающих наказание обстоятельств суд признал исключительной и, применив положения статьи 64 УК РФ, назначил осуждённому ФИО1 не предусмотренное санкцией части 4 статьи 159 УК РФ наказания в виде штрафа, посчитав, что данный вид наказания будет способствовать достижению целей наказания, предусмотренных статьёй 43 УК РФ.

Однако с этими выводами суда судебная коллегия согласиться не может.

Так, в силу части 2 статьи 6 УПК РФ уголовное судопроизводство имеет своим назначением, в том числе уголовное преследование и назначение виновным справедливого наказания.

При этом справедливость наказания заключается в его соответствии характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного (статья 6 УК РФ).

Так, в соответствии с частью 2 статьи 43 и частью 3 статьи 60 УК РФ во взаимосвязи с пунктом 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 декабря 2015 года № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания» (далее – Постановление Пленума № 58), наказание применяется в целях восстановления социальной справедливости, а также в целях исправления осуждённого и предупреждения совершения им новых преступлений. При назначении наказания учитываются характер и степень общественной опасности преступления, личность виновного, смягчающие наказание обстоятельства, а также влияние назначенного наказания на исправление осуждённого и на условия жизни его семьи.

В силу разъяснений части 1 Постановления Пленума № 58 характером общественной опасности преступления определяется уголовным законом и зависит от установленных судом признаков состава преступления. При учёте характера общественной опасности преступления судам следует иметь ввиду прежде всего направленность деяния на охраняемые уголовным законом социальные ценности и причинённый им вред.

Степень же общественной опасности преступления устанавливается судом по каждому делу в зависимости от конкретных обстоятельств содеянного, в частности, от характера и размера наступивших последствий, способа совершения преступления, вида умысла.

Исходя из требований пункта 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 55 от 29 ноября 2016 года «О судебном приговоре», суды не должны допускать фактов назначения виновным наказания, которое является явно несправедливым.

В силу статьи 64 УК РФ при наличии исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, а равно при активном содействии участника группового преступления раскрытию этого преступления наказание может быть назначено ниже низшего предела, предусмотренного соответствующей статьёй Особенной части настоящего Кодекса, или суд может назначить более мягкий вид наказания, чем предусмотрен этой статьёй, или не применить дополнительный вид наказания, предусмотренный в качестве обязательного.

Судебная коллегия пришла к убеждению, что применяя положения статьи 64 УК РФ и назначая наказание в виде штрафа, суд не полной мере учёл характер и степень общественной опасности совершённого преступления.

По смыслу уголовного закона, исходя из положений части 2 статьи 63 УК РФ обстоятельства, относящиеся к признакам состава преступления, предусмотренного соответствующей статьёй Особенной части Уголовного кодекса РФ, не могут повторно учитываться при назначении наказания, вместе с тем они должны учитываться при оценке судом характера и степени общественной опасности содеянного (пункт 32 Постановления Пленума № 58).

Суд в приговоре установил, что тяжкое преступление ФИО1 совершил, являясь должностным лицом – старшим участковым уполномоченным полиции отдела участковых полиции и по делам несовершеннолетних отдела полиции № УМВД России по <адрес>, что нашло своё отражение при квалификации его действия по признаку мошенничества – его совершение с использованием служебного положения.

Федеральный закон от 7 февраля 2011 года № 3-ФЗ «О полиции» (далее – Федеральный закон № 3-ФЗ) содержит обращённое к сотрудникам органов внутренних дел требование при осуществлении предоставленных полномочий не подстрекать, не склонять и не побуждать кого-либо к совершению противоправных действий, воздерживаться от любых действий, которые нанести ущерб авторитету полиции, стремиться обеспечивать общественное доверие к деятельности полиции и её поддержку гражданами.

При этом, поступая на службу, сотрудники органов внутренних дел принимают Присягу – дают клятву, т. е. торжественно присягая на верность Российской Федерации и её народу, клянутся при осуществлении полномочий сотрудника органов внутренних дел свято соблюдать Конституцию Российской Федерации и федеральные законы, достойно исполнять свой служебный долг и возложенные на него обязанности по обеспечению законности, служить России и служить Закону. Также подтверждают готовность нести в случае нарушения Присяги предусмотренную законом ответственность (часть 1 статьи 15 и статья 28 Федерального закона № 3-ФЗ).

Совершение ФИО1, как сотрудником органов внутренних дел, на которого возложена исключительная по своему объёму и характеру ответственность по противодействию преступности, умышленного тяжкого преступления свидетельствует о его осознанном, вопреки профессиональному долгу и принятой присяге, противопоставлении себя целям и задачам деятельности полиции, что подрывает уважение к закону и необходимости его безусловного соблюдения.

Таким образом, назначая осуждённому ФИО1 наказание с применением статьи 64 УК РФ в виде штрафа, т. е. не предусмотренное санкцией части 4 статьи 159 УК РФ, суд фактически не учёл характер и степень общественной опасности совершённого осуждённым преступления, в связи с чем судебная коллегия признаёт, что данный вид наказания, как и иной другой, не предусмотренный санкцией статьи, не обеспечит достижение целей наказание, исправление ФИО1 и восстановление социальной справедливости путём назначения ему столь мягкого наказания.

Нарушения уголовного закона при назначении осуждённому ФИО1 наказания не устранил Астраханский областной суд при проверке уголовного дела в качестве суда апелляционной инстанции.

Оставляя доводы апелляционного представления без удовлетворения, Астраханский областной суд перечислил учтённые судом первой инстанции при назначении наказания осуждённому ФИО1 обстоятельства, и указал, что назначенное осуждённому наказание не может быть признано чрезмерно мягким, при этом суд сослался на общие предписания уголовного закона, устанавливающие требования к назначению наказания и согласился с мнением суда первой инстанции о виде и размере назначенного осуждённому с применением статьи 64 УК РФ наказания.

Кроме того, не соглашаясь с доводами апелляционного представления о необходимости назначения ФИО1 наказания именно в виде реального лишения свободы с его отбыванием, суд апелляционной инстанции, в нарушении статьи 7 УПК РФ, не привёл собственные мотивы, по которым он посчитал возможным исправление ФИО1 и достижение иных целей наказания без изоляции осуждённого от общества.

Поскольку суд апелляционной инстанции в нарушение позиций, изложенных в определениях Конституционного Суда Российской Федерации от 8 июля 2004 года № 237-О и 24 марта 2005 года № 136-О не должным образом осуществил контрольные полномочия по отношению к решению нижестоящего суда, не дал надлежащую оценку доводам апелляционного представления о несправедливости назначенного ФИО1 наказания, а также не в полной мере учёл предписания статей 6, 43, 60 УК РФ во взаимосвязи с постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 декабря 2015 года № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», судебная коллегия признаёт апелляционное определение не соответствующим требованиям части 4 статьи 7, статьи 38928 УПК РФ, в связи с чем доводы кассационного представления заместителя прокурора Астраханской области Иванова В.В. о назначении ФИО1 судом несправедливого наказания и фундаментальном нарушении норм уголовного закона, регулирующих вопрос назначения наказания, находит обоснованными.

Допущенные судом первой инстанции и не устранённые судом апелляционной инстанции нарушения уголовного и уголовно-процессуального законов являются существенными, они повлияли на исход дела, исказили саму суть правосудия и смысл судебного решения как акта правосудия, а именно на назначение осуждённому ФИО1 справедливого наказания, и в силу части 1 статьи 40115 УПК РФ они влекут отмену апелляционного определения с передачей уголовного дела на новое апелляционное рассмотрение в тот же суд иным составом суда.

Вместе с тем судебная коллегия находит утверждение автора кассационного представления о необоснованности признания судом смягчающим наказание обстоятельством активного способствования раскрытию и расследованию преступления не состоятельным.

Так, в правоприменительной практике активное способствование раскрытию и расследованию преступления учитывается в качестве смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного пунктом «и» части 1 статьи 61 УК РФ, если лицо о совершенном с его участием преступлении либо о своей роли в преступлении представило органам следствия информацию, имеющую значение для раскрытия и расследования преступления (пункт 30 Постановления Пленума № 58). Такое способствование состоит в добровольных и активных действиях виновного, направленных на сотрудничество со следствием, и может выражаться, например, в том, что он предоставляет органам следствия информацию, до того им неизвестную, об обстоятельствах совершения преступления и даёт правдивые, полные показания, способствующие расследованию (пункт 42 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2021), утверждённого Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 7 апреля 2021 года).

Принимая во внимание, что суд смягчающим наказание обстоятельством признал и явку осуждённого с повинной, что не оспаривается стороной государственного обвинения, учитывая поведение ФИО1 после совершения преступления и сообщённые им в ходе допросов сведения, суд правильно признал его активное способствование раскрытию и расследованию преступления, смягчавшим наказание обстоятельством.

С учётом изложенного, руководствуясь статьёй 38928, пунктом 4 части 1 статьи 40114 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Астраханского областного суда от 10 августа 2023 года в отношении ФИО1 отменить и передать уголовное дело на новое апелляционное рассмотрение в Астраханский областной суд иным составом суда.

В соответствии со статьёй 4013 УПК РФ настоящее кассационное определение может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47? УПК РФ, в Судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации.

Председательствующий М.Г. Караулов

Судьи                                   Р.Ф. Асанов

В.С. Ноздрин