ЧЕТВЕРТЫЙ КАССАЦИОННЫЙ СУД
ОБЩЕЙ ЮРИСДИКЦИИ
дело №
КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
г. Краснодар 4 июня 2026 года
Судебная коллегия по уголовным делам Четвертого кассационного суда общей юрисдикции в составе: председательствующего ФИО20,
судей ФИО3 и ФИО4,
при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО5,
с участием прокурора ФИО6,
осужденного ФИО1, его защитников–адвокатов ФИО7 ФИО18,
рассмотрел в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по кассационным жалобам защитников осужденного ФИО1 – адвокатов ФИО7 ФИО18 на приговор Центрального районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ и апелляционное определение Волгоградского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения,
Заслушав доклад судьи ФИО20, выступление осужденного ФИО1, его защитников–адвокатов ФИО7 ФИО18, поддержавших доводы кассационных жалоб, мнение прокурора ФИО6 о законности судебных решений, судебная коллегия
установила:
приговором Центрального районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданин Российской Федерации, ранее не судимый, осужден
по ч. 3 ст. 30, п. «в» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы сроком на 11 лет;
по п. «а» ч. 3 ст. 230 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы сроком на 11 лет.
На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний, окончательно назначено ФИО1 наказание в виде лишения свободы сроком на 12 лет, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.
Мера пресечения в виде заключения под стражей до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения.
Срок отбывания наказания ФИО1 в виде лишения свободы исчислен со дня вступления приговора в законную силу; в соответствии с ч. 3.2 ст. 72 УК РФ ФИО1 зачтено в срок отбытия наказания в виде лишения свободы время содержания его под стражей, с учетом времени фактического задержания, с ДД.ММ.ГГГГ до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.
Разрешен вопрос о судьбе вещественных доказательств.
Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Волгоградского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ приговор суда в отношении ФИО1 оставлен без изменения.
По приговору суда ФИО1 признан виновным и осужден за покушение на незаконный сбыт наркотических средств, совершенный лицом, достигшим восемнадцатилетнего возраста, в отношении несовершеннолетнего, а также в склонении к потреблению наркотических средств, совершенном в отношении несовершеннолетнего.
В кассационной жалобе защитник–адвокат ФИО7 считает обжалуемые судебные акты незаконными и необоснованными.
Полагает, что квалификация действий ФИО1 по ч. 3 ст. 30 п. «в» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ является ошибочной, а вывод суда о доказанности факта сбыта наркотического средства несовершеннолетней ФИО17 является незаконным.
Ссылаясь на показания свидетелей ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15 и ФИО16, а также стенограмму «<данные изъяты>» за ДД.ММ.ГГГГ и протокол осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ, которым осмотрен СД-Р диск, зафиксированы результаты ОРМ «Прослушивание телефонных переговоров», где ФИО1 вел диалог со ФИО17 о совместном употреблении наркотического средства, факт сбыта ФИО1 наркотического средства МДМА несовершеннолетней ФИО17 путем совместного употребления судом должным образом не мотивирован и не подтверждается изложенными в приговоре доказательствами, а приговор в связи с чем, является незаконным.
Указывает, что судами первой и апелляционной инстанций не дано оценки взаимоотношениям ФИО1 и ФИО17, не дана оценка факта употребления ФИО17 наркотических средств, не выяснена цель, с которой встретились ФИО1 и ФИО17 на железнодорожном вокзале Волгограда.
Судом не приведено суждений относительно того, что предложение ФИО1 могло склонить лицо, употребляющее наркотические средства, к употреблению наркотических средств.
Кроме того, в т. 4 на л.д. 220 суд первой инстанции указал о наличии ряда доказательств, представленных стороной обвинения, в которых содержатся противоречия, при этом, суд не раскрыл объем этих доказательств, не привел их содержание и анализ и не устранил имеющиеся противоречия. Данное нарушение не было устранено и судом апелляционной инстанции.
При таких обстоятельствах, приговор суда не может быть законным, и подлежит отмене с передачей уголовного дела в этой части на новое судебное рассмотрение в суд первой инстанции в ином составе суда со стадии судебного разбирательства.
При назначении осужденному наказания, суд не применил смягчающее наказание обстоятельство, предусмотренное п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, как активное способствование раскрытию и расследованию преступления.
Вместе с тем, ФИО1 предоставил сотрудникам правоохранительного органа пароли для разблокировки изъятого у него мобильного телефона, в памяти которого содержались сведения о его противоправной деятельности, что зафиксировано следователем в протоколе осмотра мобильного телефона, имеющие значение для раскрытия и дальнейшего расследования преступления. Также ФИО1 добровольно выдал имеющееся при себе наркотическое средство, а также сообщил сотрудникам правоохранительного органа о хранении наркотического средства по своему месту жительства, написал заявление о согласии на осмотр жилища и при осмотре жилища добровольно выдал наркотическое средство.
Данный факт подтверждается показаниями самого осужденного ФИО1 о том, что он сообщил сотрудникам полиции данные о паролях мобильных телефонов и содержанием самого протокола осмотра мобильного телефона (т. 2 л.д. 160-161), из которого видно, что в пояснительных надписях на бирках, которыми оклеены пакеты с изъятым мобильным телефоном, обозначены пароли для разблокировки мобильного телефона, а их разблокировка была произведена следователем путем введения этих паролей. Также подтверждаются содержанием протокола досмотра вещей, находящихся при физическом лице (т. 1 л.д. 24), протоколом осмотра места происшествия (т. 1 л.д. 27-29).
Полагает необходимым признать смягчающим наказание обстоятельством, предусмотренное п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ активное способствование раскрытию и расследованию преступления и смягчить назначенное ему наказание.
Просит судебные акты отменить, уголовное дело в отношении ФИО1 передать на новое рассмотрение в суд первой инстанции в ином составе суда со стадии судебного разбирательства.
В кассационной жалобе защитник–адвокат ФИО18 считает приговор суда в отношении ФИО1 незаконным и несправедливым, в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, подлежащим отмене.
Полагает, что суд апелляционной инстанции не принял во внимание доводы апелляционных жалоб стороны защиты. Апелляционное определение построено на описании ситуации общими фразами, ни одному доводу стороны защиты фактически не дано оценки. Суд апелляционной инстанции, оценивая доводы стороны защиты исказил вообще сведения, выдавая за действительность ложные сведения, которых в действительности и не было.
Судом указано, что ФИО1 признал вину полностью, что не соответствует действительности. ФИО1 признавал фактические обстоятельства, что он разговаривал по телефону с потерпевшей, что их разговор зафиксирован в ходе <данные изъяты>, что у него действительно был при себе наркотик предназначенный для себя самого, а не для ФИО17 - все это не является признанием вины, и данная позиция отражена в ППВС РФ № от ДД.ММ.ГГГГ в п. 17.
Излагая позицию стороны защиты, апелляция указала, что якобы просили вынести по делу оправдательный приговор, однако в апелляционной жалобе указано совершенно иное.
Отмечает, что в определении множество неуместных, и не относимых эпитетов. В аудиозаписи протокола заседаний, судья изначально требовал признания вины от подсудимого, а потом требовал этого от защиты.
Выводы суда первой инстанции, который вообще указывал то, что ФИО1, уговаривая ФИО17, рассказывал о приятном воздействии наркотиков на организм, чего не было и не нашло своего подтверждения ни в одном документе. Кроме того, это был довод апелляционной жалобы, который остался без рассмотрения.
Неоднократно апелляционным судом указывалось о наличии какой-то экспертизы, которая совершенно обосновано легла в основу приговора, о которой суд не сообщил. Экспертиз по делу доводилось несколько, а какая положена в основу приговора не указано.
В жалобе указывает на несоответствие выводов суда первой и апелляционной инстанции, в которых отмечает противоречия. Не понятные и не конкретные формулировки суда не позволяют признать определение обоснованным и мотивированным.
Полагает, что судами первой и второй инстанций дана не надлежащая оценка доказательствам, в виду чего неверно применен уголовный закон.
В судебном заседании ФИО1 не признал вину, а лишь признал фактические обстоятельства дела, которые не соответствуют квалификации. То есть фактически материалы уголовного дела не соответствуют выводам судов.
Указывает, что приговор является плагиатом обвинительного заключения с некоторыми изменениями, и не содержит самостоятельных выводов относительно реальных обстоятельств дела, а также тех обстоятельств, которые реально установлены в ходе судебного заседания, но почему-то не нашедших своего отражения в тексте приговора, апелляция данный довод проигнорировала, указав, что доводы стороны защиты несостоятельны. Однако, мотивированных выводов суда нет.
Отмечает, что суд вообще не принял во внимание доказательства в уголовном деле и что они в себе несут, главное было быстрее рассмотреть дело, зачитать все дело без допроса свидетелей и изготовить приговор по образу и подобию обвинительного заключения, вопросы квалификации суд вообще не волновали.
В ходе судебного заседания стороной защиты заявлялось об отсутствии в действиях ФИО1 по предъявленному ему обвинению по п. «а» ч. 3 ст. 230 УК РФ состава преступления, однако, государственный обвинитель, в повторной реплике (в ином судебном заседании) процитировал п. 27 ППВС РФ № от ДД.ММ.ГГГГ - один из четырех признаков состава преступления - объективную сторону. А о наличии еще трех и необходимости их доказывания он, как и суд забыли.
Ссылаясь на показания свидетеля ФИО13, указывает, что ФИО17 является лицом, употреблявшим наркотические вещества до ДД.ММ.ГГГГ. В рамках расследования уголовного дела ФИО17 допрашивались повторно, где также сообщила об употреблении ею наркотических средств ещё до событий, инкриминируемых ФИО1 На вопросы, задаваемые следователем ФИО17 вполне уверенно сообщает информацию о наркотических средствах и способе их употребления, что не вызывает сомнения в ее практичной осведомленности в этом вопросе. Об употреблении ФИО17 наркотических средств подтверждается заключением СПЭ ФИО17, что свидетельствует об отсутствии в действиях ФИО1 состава преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 230 УК РФ.
В жалобе подробно описывает стенограмму аудиозаписи разговоров ФИО1 с несовершеннолетней ФИО17 от ДД.ММ.ГГГГ, указывая, что ФИО17 ранее неоднократно употребляла различные виды наркотических средств на постоянной основе; она отлично разбирается в типах наркотиков, способах их употребления, дозировках, где и как их достать. Делает вывод, что у ФИО1 не было умысла на сбыт наркотика ФИО17, так как он (ФИО21) предлагал ФИО17 употребить наркотик совместно, но категорически был против того, чтобы дать наркотик ФИО17 как она просила.
Полагает, что данные противоречия и нарушения, допущенные органом предварительного следствия и судом являются существенными и требовали оценки судом, однако надлежащей оценки не получили, а где-то и вовсе не были оценены. В жалобе цитирует текст судебного приговора, приводит собственный анализ доказательствам.
Просит отменить обжалуемые решения в отношении ФИО1 и направить дело на новое рассмотрение.
В возражениях на кассационные жалобы защитников–адвокатов ФИО7 ФИО18 государственный обвинитель ФИО19 приводит суждения о законности судебных решений.
Изучив материалы уголовного дела, проверив доводы кассационных жалоб, возражений, выслушав мнение участников процесса, судебная коллегия приходит к следующему.
По смыслу ст. 401.1 УПК РФ во взаимосвязи с положениями ч. 1 ст. 401.15 УПК РФ круг оснований для отмены или изменения судебного решения в кассационном порядке ввиду существенного нарушения уголовного закона (неправильного его применения) и (или) существенного нарушения уголовно-процессуального закона ограничен лишь такими нарушениями, которые искажают саму суть правосудия и смысл судебного решения как акта правосудия, повлияли на исход уголовного дела, т. е. на правильность его разрешения по существу, в частности, на вывод о виновности, на юридическую оценку содеянного, назначение судом наказания. Таких нарушений по настоящему уголовному делу апелляционным судом не допущено.
В силу положений ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым и признается таковым, если он соответствует требованиям уголовно-процессуального законодательства, предъявляемым к его содержанию, процессуальной форме и порядку постановления, а также основан на правильном применении уголовного закона. Аналогичные требования предъявляются к определению суда (ст. 7 УПК РФ). Обвинительный приговор в отношении ФИО1 соответствует указанным требованиям, а также положениям ст.ст. 303-304, 307-309 УПК РФ. В нём приведены обстоятельства совершенных преступлений, установленные судом, проанализированы доказательства, обосновывающие вывод суда о виновности осужденного в содеянном, мотивированы выводы относительно квалификации его действий.
Вопреки утверждению авторов жалоб, каких-либо противоречий в выводах судом в этой части не допущено.
Изложенные в кассационных жалобах доводы о непричастности ФИО1 к инкриминируемым деяниям, об отсутствии в действиях ФИО1 по предъявленному ему обвинению по п. «а» ч. 3 ст. 230 УК РФ состава преступления, об отсутствии доказательств вины ФИО1, о нарушениях, допущенных органом предварительного следствия, о неверной квалификации деяния, по существу, сводятся к переоценке доказательств, которые судом исследованы и оценены по внутреннему убеждению, как это предусмотрено ст. 17 УПК РФ.
Кроме того, судебная коллегия отмечает, что доводы кассационных жалоб по существу повторяют процессуальную позицию в судебном заседании суда первой и апелляционной инстанции, где авторами жалоб были высказаны аналогичные доводы. Указанная позиция была в полном объеме проверена при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции и отвергнута как несостоятельная с приведением аргументов, опровергающих доводы стороны защиты.
Выводы суда о виновности осуждённого в совершении преступлений, за которые он осужден, подтверждены совокупностью собранных по делу доказательств, исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре: показания самого осужденного ФИО1, который подробно показал об обстоятельствах, при которых, предлагал ФИО17 употребить приобретенное им заранее наркотическое средство, зная о несовершеннолетнем возрасте ФИО17, а также склонял несовершеннолетнюю ФИО17 к потреблению наркотических средств; показания несовершеннолетней ФИО17 о том, что ФИО1 в ходе телефонного разговора неоднократно предлагал ей употребить совместно с ним наркотическое средство, однако на предложение последнего она ответила отказом; показания свидетелей ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, заключения экспертов и протоколы следственных действий, а также иные доказательства.
Какие-либо сведения о заинтересованности свидетелей при даче показаний, основания для оговора ими осужденного, либо самооговора, равно как и существенные противоречия в их показаниях, по обстоятельствам дела, ставящие их под сомнение, и которые повлияли или могли повлиять на выводы и решения суда о виновности ФИО1, на правильность применения уголовного закона и назначенное ему наказание, отсутствуют.
Вопреки утверждению защитников, из содержания телефонных переговоров следует, что ФИО1 именно склонял несовершеннолетнюю ФИО17 к употреблению наркотических средств путем уговоров и предложений. Так, предлагал ФИО17 «дорожку», обещал дать «бомбочку» прямо на вокзале, обещал эффект от «<данные изъяты>» через полчаса (т. 1 л.д. 80, 96). Весь разговор ФИО1 с несовершеннолетней ФИО17 сведен к том, что ФИО1 предлагает ей употребить наркотическое средство, рассказывает на собственном примере, что употребление наркотиков лучше употребления алкоголя, а ФИО17 отказывается от приема наркотиков (т. 1 л.д. 78-99).
Содержание телефонных переговоров в совокупности с показаниями несовершеннолетней ФИО17 и показаниями осужденного свидетельствуют, о том, что наркотическое средство, обнаруженное при ФИО1, было приведено им на вокзал для ФИО17, о чем он прямого говорил ей. Изложенное опровергает доводы защиты об отсутствии намерений осужденного сбыть наркотическое средство ФИО17
Приведенные в жалобах доводы о том, что ФИО1 не склонял потерпевшую к потреблению наркотических средств, поскольку она сама, являясь наркозависимым лицом, добровольно потребляла наркотики, не основаны на исследованных в ходе судебного разбирательства доказательствах и опровергаются показаниями ФИО17, которая утверждала, что на постоянной основе наркотические средства не употребляет. Эти показания потерпевшей были оценены судом в совокупности с другими доказательствами по делу, в том числе показаниями свидетелей, заключением судебно-психиатрической экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ № из которого следует, что признаков зависимости от наркотических средств не установлено, и, получив надлежащую оценку в приговоре, обоснованно признаны правдивыми.
Выводы суда о допустимости перечисленных доказательств основаны на материалах дела, мотивированы в судебных решениях и поэтому признаются кассационным судом правильными.
Приведенные в приговоре доказательства, суд в соответствии с требованиями ст. 87 и 88 УПК РФ проверил, сопоставив их между собой, и дал им правильную оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в совокупности – достаточности для разрешения дела и постановления обвинительного приговора.
Вопреки доводам жалоб, суд правомерно положил в основу приговора показания ФИО1 и несовершеннолетней ФИО17, данные ими в ходе предварительного следствия, поскольку их допросы проведены следователем в строгом соответствии с требованиями ст. ст.173, 174, 187 - 191 УПК РФ.
Установленные судом фактические обстоятельства дела сомнений не вызывают. Юридическая оценка действиям ФИО1 дана верная.
С учетом изложенного суд первой инстанции правильно квалифицировал действия ФИО1 по ч. 3 ст. 30, п. «в» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, п. «а» ч. 3 ст. 230 УК РФ. Оснований для иной квалификации, судебная коллегия не усматривает.
Вопреки утверждению защитников о формальном подходе суда к рассмотрению уголовного дела, судом первой инстанции дело рассмотрено в условиях, обеспечивающих исполнение сторонами их процессуальных обязанностей и осуществление предоставленных им прав, в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон, предусмотренных положениями ст. 15 УПК РФ. Все заявленные ходатайства в ходе судебного следствия разрешены судом в установленном законом порядке в соответствии с требованиями ст. 271 УПК РФ и по ним приняты мотивированные решения.
Нарушений процедуры уголовного судопроизводства, прав его участников, в том числе на защиту при рассмотрении данного уголовного дела не допущено.
Наказание осуждённому назначено в соответствии с требованиями ст. ст. 6, 60 УК РФ, а именно с учетом характера, степени общественной опасности содеянного. Так, учтены конкретные обстоятельства совершенного преступления, данные о личности осуждённого, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств.
Судом первой инстанции и апелляционным судом учтены все подлежащие учету при определении вида и размера наказания осужденному обстоятельства, установленные в ходе судебного разбирательства.
Вопреки доводам жалобы защитника, оснований для признания обстоятельством, смягчающим наказание – активное способствование раскрытию и расследованию преступления не имеется, поскольку из материалов уголовного дела, время, место и другие обстоятельства преступления были установлены органом предварительного расследования независимо от показаний ФИО1 Преступная деятельность ФИО1 была полностью изобличена в результате оперативно-розыскной деятельности.
С учетом фактических данных преступления и степени его общественной опасности, отсутствия исключительных обстоятельств, оснований для изменения категории тяжести в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ и применения в отношении ФИО1 положений ст. 64 и 73 УК РФ не имелось.
Назначенное ФИО1 наказание в виде лишения свободы по своему виду и размеру отвечает требованиям закона, соразмерно содеянному, данным о личности осуждённого и, таким образом, является справедливым.
Вопреки доводам жалоб, при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке судом в соответствии с требованиями закона были проверены доводы апелляционных жалоб и приведены мотивы принятого решения. Апелляционное определение по форме и содержанию отвечает требованиям ст. 389.28 УПК РФ. Существенных нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального закона, влекущих отмену, либо изменение приговора, в суде первой инстанции не допущено.
Руководствуясь ст. 401.1 УПК РФ, судебная коллегия
определила:
кассационные жалобы защитников осужденного ФИО1 – адвокатов ФИО7 ФИО18 на приговор Центрального районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ и апелляционное определение Волгоградского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 оставить без удовлетворения.
Кассационное определение может быть обжаловано в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в Судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации.
Председательствующий
Судьи