ЧЕТВЁРТЫЙ КАССАЦИОННЫЙ СУД
ОБЩЕЙ ЮРИСДИКЦИИ
№ 77-1562/2026
КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
г. Краснодар 3 июня 2026 года
Судебная коллегия по уголовным делам Четвертого кассационного суда общей юрисдикции в составе:
председательствующего Ермаковой И.М.,
судей Колесника А.В., Ляшева С.С.,
при ведении протокола секретарём судебного заседания Статкевич Д.Ю.
рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по кассационной жалобе представителя потерпевших ФИО13 и ФИО26 – адвоката ФИО7 и кассационному представлению исполняющего обязанности прокурора Краснодарского края Трухина А.С. о пересмотре постановления Северского районного суда Краснодарского края от 23 июня 2025 года и апелляционного определения судебной коллегии по уголовным делам Краснодарского краевого суда от 17 марта 2026 года в отношении Костогрыза Д.А..
Постановлением Северского районного суда Краснодарского края от 23 июня 2025 года уголовное дело в отношении
Костогрыза Д.А., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, несудимого,
обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159 УК РФ (по факту в отношении ФИО13) и ч. 4 ст. 159 УК РФ (по факту в отношении Коротаевой Н.Д.), прекращено на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения за отсутствием в деяниях состава преступления.
Гражданские иски потерпевших ФИО8 и ФИО27. оставлены без рассмотрения, за потерпевшими сохранено право предъявления иска в порядке гражданского судопроизводства.
Рассмотрение уголовного дела по обвинению ФИО9 по ч. 4 ст. 159 УК РФ (по факту в отношении ФИО10) постановлено продолжить.
Апелляционным постановлением Краснодарского краевого суда от 23 сентября 2025 года постановление оставлено без изменения.
Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Четвёртого кассационного суда общей юрисдикции от 27 января 2026 года апелляционное постановление отменено, уголовное дело передано на новое апелляционное рассмотрение в тот же суд апелляционной инстанции, иным составом суда.
Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Краснодарского краевого суда от 17 марта 2026 года постановление оставлено без изменения.
Заслушав доклад судьи Ермаковой И.М., выступления представителя потерпевших ФИО13 и ФИО28 адвоката ФИО7, поддержавшего доводы кассационных жалобы и представления; лица, уголовное дело в отношении которого прекращено Костогрыза Д.А. и адвоката ФИО11, возражавших по доводам жалобы и представления; мнение прокурора Полубень А.А., полагавшего необходимым постановление и апелляционное определение отменить, уголовное дело в части передать на новое судебное рассмотрение, судебная коллегия
установила:
согласно постановлению органом предварительного расследования Костогрыз Д.А. обвинялся, в том числе двух фактов мошенничества, то есть хищения имущества ФИО13 и ФИО29. путём обмана и злоупотребления доверием, совершённых в особо крупном размере, повлекших лишение права гражданина на жилое имущество.
В судебном заседании государственный обвинитель отказался от предъявленного Костогрызу Д.А. обвинения в данной части.
В кассационной жалобе представитель потерпевших ФИО13 и ФИО30 – адвокат ФИО7, выражая несогласие с постановлением суда о прекращении уголовного дела и апелляционным определением, просит их отменить и передать уголовное дело указанной части на новое судебное рассмотрение, при этом указывает на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела; настаивает на доказанности вины Костогрыза Д.А. в совершении мошенничества в отношении ФИО13 и ФИО31., в результате чего они были лишены права на принадлежащие им жилые дома; полагает, что принятие государственным обвинителем произвольного решения об отказе от обвинения в части является необоснованным и незаконным; выражает несогласие с доводами государственного обвинителя о том, что потерпевшие ФИО13 и ФИО32 не лишены права на обращение с гражданскими исками к Костогрызу Д.А.; отмечает, что суд первой инстанции, соглашаясь с мнением государственного обвинителя, не дал надлежащей оценки собранным по делу доказательствам, а также оставил без внимания доводы стороны защиты о фальсификации доказательств по делу; обращает внимание на то, что в судебном заседании не были исследованы дополнительные показания подозреваемого Костогрыз Д.А. от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, показания потерпевшей ФИО33. от ДД.ММ.ГГГГ, свидетелей ФИО15 и ФИО16 от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО17 от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО18 от ДД.ММ.ГГГГ и ФИО19 от ДД.ММ.ГГГГ, а также рапорт об обнаружении признаков преступления следователя <адрес> ФИО20; суд не учёл изменение показаний свидетелем ФИО21 в судебном заседании; ссылается на злоупотребление процессуальным правом Костогрыза Д.А., который неоднократно не являлся в судебные заседания, чем затягивал судебное разбирательство; указывает на то, что суд апелляционной инстанции фактически уклонился от рассмотрения доводов апелляционной жалобы потерпевшей стороны и принял немотивированное решение.
В заявлениях потерпевшие ФИО13 и ФИО34. поддержали доводы кассационной жалобы своего представителя и просили их удовлетворить.
В возражениях государственный обвинитель – помощник прокурора Северского района Краснодарского края ФИО22 считает доводы кассационной жалобы представителя потерпевших несостоятельными, не подлежащими удовлетворению.
В кассационном представлении исполняющий обязанности прокурора Краснодарского края Трухин А.С. ставит вопрос об отмене постановления суда о прекращении уголовного дела и апелляционного определения и передаче уголовного дела в данной части на новое судебное рассмотрение в суд первой инстанции, при этом считает, что суд при рассмотрении ходатайства государственного обвинителя об отказе от обвинения в части не учёл правовую позицию Конституционного Суда Российской Федерации, изложенную в Определениях от 16 декабря 2010 года № 1711-О-О, от 25 января 2012 года № 105-О-О, от 25 сентября 2014 года № 1904-О и от 10 февраля 2016 года № 226-О, а также разъяснения, содержащиеся в п. 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2017 года № 51 «О практике применения законодательства при рассмотрении уголовных дел в суде первой инстанции (общий порядок судопроизводства)»; обращает внимание на то, что, заявив ходатайство о частичном отказе от обвинения Костогрыза Д.А., государственный обвинитель не привёл анализ исследованных доказательств, ограничившись лишь кратким указанием на показания потерпевших, нотариуса и решения судов, принятых в порядке гражданского судопроизводства; отмечает, суд, принимая решение о прекращении уголовного дела в отношении Костогрыза Д.А., обвиняемого в совершении двух преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159 УК РФ, в отношении ФИО13 и ФИО35., в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения, своё решение ссылками на исследованные доказательства не мотивировал и не дал им должной оценки в соответствии с положениями ст. 88 УПК РФ, не установил обоснованность такого отказа, ограничившись указанием на положения ч. 7 ст. 246 УК РФ; ссылается на то, что суд апелляционной инстанции не проверил должным образом все доводы апелляционной жалобы представителя потерпевших, оставив без внимания правовые позиции высших судов Российской Федерации.
В отзыве представитель потерпевших – адвокат ФИО7 поддержал доводы представления.
Исследовав материалы уголовного дела, обсудив доводы кассационной жалобы и возражений на неё, а также доводы кассационного представления и отзывов, судья суда кассационной инстанции приходит к следующему.
В соответствии с ч. 1 ст. 401.15 УПК РФ основаниями отмены или изменения приговора, определения или постановления суда при рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела.
При этом в силу положений ст. 401.6 УПК РФ поворот к худшему при пересмотре судебного решения в кассационном порядке допускается в срок, не превышающий одного года со дня вступления их в законную силу и может иметь место только в случае, если в ходе судебного разбирательства были допущены нарушения, искажающие саму суть правосудия и смысл судебного решения как акта правосудия.
Судья суда кассационной инстанции находит, что по настоящему делу допущены такие нарушения закона, и установленный законом годичный срок для пересмотра судебного решения не истёк.
Согласно ч. 4 ст. 7 УПК РФ постановления суда должны быть законными, обоснованными и мотивированными.
Законность судебного решения означает выполнение судом при его постановлении всех необходимых норм как материального, так и процессуального закона, определяющих содержание его как процессуального акта и порядок его вынесения. Решение суда должно соответствовать закону, а по содержанию основываться на материалах дела, которое исследовано и рассмотрено судом в точном соответствии с требованием уголовно-процессуального закона. Обоснованность судебного решения означает, что выводы суда подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании, суд учёл все обстоятельства, которые имеют существенное значение для дела.
Обжалуемое постановление суда указанным требованиям уголовно-процессуального закона не отвечает.
В соответствии с ч. 7 ст. 246 УПК РФ, если в ходе судебного разбирательства государственный обвинитель придёт к убеждению, что представленные доказательства не подтверждают предъявленное подсудимому обвинение, то он отказывается от обвинения и излагает суду мотивы отказа.
Согласно правовой позиции, отраженной в п. 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 марта 2004 года № 1 «О применении судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации», отказ государственного обвинителя от обвинения в ходе судебного разбирательства предопределяет принятие судом решения в соответствии с позицией государственного обвинителя, поскольку уголовно-процессуальный закон исходит из того, что уголовное судопроизводство осуществляется на основе принципа состязательности и равноправия сторон, а формулирование обвинения и его поддержание перед судом обеспечиваются обвинителем.
Вместе с тем государственный обвинитель в соответствии с требованиями закона должен изложить суду мотивы полного или частичного отказа от обвинения равно как и изменения обвинения в сторону смягчения со ссылкой на предусмотренные законом основания.
В соответствии с Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 8 декабря 2003 года № 18-П, взаимосвязанные положения чч. 7 и 8 ст. 246 и п. 2 ст. 254 УПК РФ по своему конституционно-правовому смыслу в системе норм предполагают, что полный или частичный отказ государственного обвинителя от обвинения, как влекущий прекращение уголовного дела, допустим лишь по завершении исследования значимых для этого материалов дела, должен быть мотивирован со ссылкой на предусмотренные законом основания, наличие которых может быть проверено судом, в том числе вышестоящим.
По смыслу положений ст. 246 УПК РФ и положений п. 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2017 года № 51 «О практике применения законодательства при рассмотрении уголовных дел в суде первой инстанции», суд, принимая решение, обусловленное позицией государственного обвинителя, обязан не просто рассмотреть мотивы его действий, но и в процедуре, отвечающей требованиям состязательности, установить обоснованность такого отказа, для чего необходимо исследовать обстоятельства дела, проверить и оценить собранные и представленные суду доказательства. Лишь по результатам этой процедуры может быть принято соответствующее судебное решение, законность, обоснованность и справедливость которого возможно проверить в вышестоящем суде.
Вместе с тем, приведённые положения закона и разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации не были учтены судом первой инстанции при рассмотрении ходатайства государственного обвинителя об отказе от обвинения в части.
Как видно из протокола, в судебном заседании государственный обвинитель отказался от предъявленного Костогрызу Д.А. обвинения в части двух фактов мошенничества в отношении ФИО13 и ФИО36., мотивировав своё решение тем, что никаких доказательств, свидетельствующих об обмане или злоупотреблении доверием подсудимым в отношении потерпевших в ходе судебного следствия не установлено (т. 12, л. д. 194 – 196).
Данный отказ государственного обвинителя от предъявленного Костогрызу Д.А. обвинения повлёк прекращение уголовного дела в части по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159, ч. 4 ст. 159 УК РФ, по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, за отсутствием в его действиях состава преступления.
Проверка материалов уголовного дела по кассационному представлению и кассационной жалобе представителя потерпевшего показала, что отказ государственного обвинителя от предъявленного Костогрызу Д.А. обвинения, предопределивший принятие судом решения о прекращении уголовного дела в части, не являлся обоснованным и мотивированным в должной мере.
Вместе с тем, из обжалуемого постановления видно, что суд первой инстанции, принимая решение о прекращении уголовного дела в части в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения, сослался лишь на нормы уголовно-процессуального закона, при этом не установил обоснованность отказа государственного обвинителя от обвинения, не проверил и не дал оценки собранным и представленным суду доказательствам, которые могли существенно повлиять на выводы суда.
При таких данных постановление суда первой инстанции не может быть признано законным, обоснованным и мотивированным.
Суд апелляционной инстанции не устранил допущенное нарушение закона и лишь указал, что отказ государственного обвинителя от обвинения Костогрыза Д.А. по ч. 4 ст. 159, ч. 4 ст. 159 УК РФ ввиду не подтверждения этого обвинения представленными доказательствами имел место после завершения исследования в ходе судебного разбирательства в процедуре, отвечающей требованиям состязательности, всех значимых для принятия судом решения по этому вопросу доказательств.
Принимая во внимание, что допущенные судами первой и апелляционной инстанций нарушения требований уголовно-процессуального закона, являются существенными, повлиявшим на исход дела, искажающими саму суть правосудия и смысл судебного решения как акта правосудия, судебная коллегия находит, что в силу ч. 1 ст. 401.15 УПК РФ постановление Северского районного суда Краснодарского края от 23 июня 2025 года и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Краснодарского краевого суда от 17 марта 2026 года в отношении Костогрыза Д.А. в части прекращения уголовного дела по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159, ч. 4 ст. 159 УК РФ (по фактам в отношении ФИО13 и ФИО37) подлежит отмене с передачей уголовного дела в указанной части на новое судебное рассмотрение в тот же суд первой инстанции, но иным составом суда.
При новом рассмотрении суду следует учесть изложенное, полно, всесторонне и объективно исследовать представленные доказательства и принять законное, обоснованное и справедливое решение с соблюдением норм уголовного и уголовно-процессуального законов.
Учитывая изложенное, руководствуясь ст. 401.14, 401.15 УПК РФ, судебная коллегия
определила:
постановление Северского районного суда Краснодарского края от 23 июня 2025 года и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Краснодарского краевого суда от 17 марта 2026 года в отношении Костогрыза Д.А. в части прекращения уголовного дела по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159, ч. 4 ст. 159 УК РФ (по фактам в отношении ФИО13 и ФИО38 отменить.
Уголовное дело в указанной части передать на новое судебное рассмотрение со стадии судебного разбирательства в тот же суд первой инстанции, иным составом суда.
Кассационное определение может быть обжаловано в Судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в порядке главы 47.1 УПК РФ.
Председательствующий
Судьи