ЧЕТВЕРТЫЙ КАССАЦИОННЫЙ СУД

    ОБЩЕЙ ЮРИСДИКЦИИ

         дело №

    КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

    г. Краснодар                    4 июня 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Четвертого кассационного суда общей юрисдикции в составе: председательствующего ФИО23,

судей ФИО4 и ФИО5,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО6,

с участием прокурора ФИО7,

защитника осужденного ФИО2 - адвоката ФИО9,

защитника осужденного ФИО1 - адвоката ФИО8,

рассмотрела в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по кассационным жалобам защитника осужденного ФИО2 – адвоката ФИО9, защитника осужденного ФИО1 – адвоката ФИО8 на приговор Туапсинского районного суд <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам <адрес>вого суда от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения и ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

Заслушав доклад судьи ФИО23, выступление защитника осужденного ФИО2 - адвоката ФИО9, защитника осужденного ФИО1 - адвоката ФИО8, поддержавших доводы своих жалоб, мнение прокурора ФИО7 о законности судебных решений, судебная коллегия

установила:

приговором Туапсинского районного суд <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ: ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, гражданин Российской Федерации, ранее не судимый,

осужден по ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «б» ч. 4 ст. 291 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы сроком на 6 лет со штрафом в размере двукратной суммы взятки <данные изъяты> рублей. В соответствии со ст. 73 УК РФ наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным с испытательным сроком на 5 лет, с возложением обязанностей: не менять постоянного места жительства и не выезжать за пределы соответствующего муниципального образования по месту жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного, один раз в месяц являться на регистрацию в указанный государственный орган. Контроль за поведением осужденного ФИО2 возложен на уголовно-исполнительную инспекцию по месту жительства.

Испытательный срок исчислен с момента вступления приговора в законную силу; в испытательный срок зачтено время, прошедшее со дня провозглашения приговора до вступления его в законную силу.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена без изменения до вступления в законную силу.

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, гражданин Российской Федерации, уроженец <адрес>, гражданин Российской Федерации, ранее не судимый, осужден по ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «б» ч. 4 ст. 291 УКРФ к наказанию в виде лишения свободы сроком на 6 лет со штрафом в размере двукратной суммы взятки <данные изъяты> рублей. В соответствии со ст. 73 УК РФ наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным с испытательным сроком на 5 лет, с возложением обязанностей: не менять постоянного места жительства и не выезжать за пределы соответствующего муниципального образования без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного, один раз в месяц являться на регистрацию в указанный государственный орган.

Контроль за поведением осужденного ФИО1 возложена на уголовно-исполнительную инспекцию по месту жительства.

Испытательный срок исчислен с момента вступления приговора в законную силу; в испытательный срок зачтено время, прошедшее со дня провозглашения приговора до вступления его в законную силу.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена без изменения до вступления в законную силу.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам <адрес>вого суда от ДД.ММ.ГГГГ приговор приговором Туапсинского районного суд <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО2 и ФИО1 изменен: исключена ссылка на смягчающее наказание обоим осужденным обстоятельство, предусмотренное п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, «активное способствование раскрытию и расследованию преступления».

Из описательно-мотивировочной и резолютивной частей приговора исключено указание на применение положений ст. 73 УК РФ к назначенному ФИО2 и ФИО1 наказанию в виде лишения свободы.

Постановлено считать ФИО2 осужденным по ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «б» ч. 4 ст. 291 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы сроком на 7 лет со штрафом в размере пятикратной суммы взятки <данные изъяты> рублей с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Постановлено считать ФИО1 осужденным по ч. 3 ст. 30. п.п. «а», «б» ч. 4 ст. 291 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы сроком на 7 лет со штрафом в размере пятикратной суммы взятки <данные изъяты> рублей с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Мера пресечения ФИО1 изменена с подписки о невыезде и надлежащем поведении на заключение под стражу, взяв его под стражу при задержании, поручив исполнение УМВД по <адрес> МВД России по <адрес>. Срок отбытия наказания постановлено исчислять с момента задержания.

Мера пресечения ФИО2 изменена с подписки о невыезде и надлежащем поведении на заключение под стражу, взяв его под стражу при задержании, поручив исполнение УМВД по <адрес> МВД России по <адрес>. Срок отбытия наказания постановлено исчислять с момента задержания.

В остальной части приговор суда оставить без изменения.

По приговору суда ФИО2 и ФИО1 (каждый) признаны виновными и осуждены за покушение на дачу взятки, то есть умышленные действия, непосредственно направленные на совершение преступления, - дачу взятки должностному лицу через посредника, совершенных группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере, если при этом преступление не было доведено до конца по независящим от этого лица обстоятельствам.

В кассационной жалобе защитник осужденного ФИО2 - адвокат ФИО9 считает приговор и постановление суда апелляционной инстанции незаконными и необоснованными в связи с существенным нарушением норм материального и процессуального права, повлиявшими на исход дела, на правильность его разрешения по существу. Выводы суда апелляционной инстанции об отсутствии убедительных мотивов, о наличии обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, позволяющих применить при назначении наказания положения ст. 73 УК РФ, а также мотивов, по которым суд пришел к выводу об активном способствовании подсудимыми раскрытию и расследованию преступления, являются ошибочными, немотивированными, не основанными на материалах дела, и, по своей сути, голословно повторяют доводы апелляционного представления государственного обвинителя.

Указывает, что помимо активного способствования раскрытию и расследованию преступления, наличие которого признал суд первой инстанции, ФИО2 и ФИО1 до возбуждения настоящего уголовного дела дали явку с повинной, в которой сообщили о совершенном ими преступлении и роли в нем каждого, что является смягчающим обстоятельством, предусмотренном п. «и» ч.1 ст. 61 УК РФ.

В протоколе допроса ФИО2, произведенного ДД.ММ.ГГГГ по совершенно другому уголовному делу, задолго до возбуждения настоящего дела, занесено его устное сообщение о совершенном им преступлении, предусмотренном ч.3 ст.30, п.п. «а», «б» ч.4 ст. 291 УК РФ, за которое он и был впоследствии осужден.

При рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке, суд апелляционной инстанции не дал должной оценки доводам апелляционных жалоб стороны защиты о признании протокола допроса ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ явкой с повинной и не устранил допущенное судом первой инстанции нарушение уголовного закона.

Указывает, что каких-либо сведений о наличии у правоохранительных органов достоверной информации о совершении ФИО1 и ФИО2 преступления, до дачи ими показаний в качестве свидетелей по иному уголовному делу №, а также об осведомленности органов предварительного следствия об их личностях, в материалах дела не содержится, а все выводы судов первой и апелляционной инстанций об обратном полностью противоречат фактическим обстоятельствам и материалам уголовного дела.

ФИО1 и ФИО2 самостоятельно являлись в правоохранительные органы и были допрошены следователем. В своем допросе ФИО1 изобличил себя, ФИО2 и ФИО10 в совершении преступления и дал подробные показания об обстоятельствах совершенного преступления, которые не были известны следствию. При этом до самостоятельной явки к следователю ФИО2 и ФИО1, следствию вообще ничего о них не было известно, в том числе их установочные данные и местонахождение, что объективно подтверждается материалами уголовного дела.

Отмечает, что в ходе расследования уголовного дела ФИО2 и ФИО1 активно сотрудничали со следствием, давая подробные признательные показания как в отношении себя, так и сообщников ФИО25 и ФИО26, показывали места встреч с фигурантами и передачи суммы взятки в ходе осмотров места происшествия с их участием и проверки показаний на месте.

Считает, что выводы суда апелляционной инстанции, что ФИО2 сообщил уже известные следствию факты, которые не имели значения для раскрытия и расследования этого преступления, немотивированно и необоснованно повторяют голословные доводы апелляционного представления государственного обвинителя.

Обращает внимание, что уголовное дело в отношении подсудимых ФИО2 и ФИО1 было возбуждено ДД.ММ.ГГГГ, то есть через 15 месяцев после допроса ФИО2, на котором он впервые сообщил о совершенном преступлении.

Сведений о том, что ФИО2 перед допросом был задержан по подозрению в совершении преступления, в материалах дела не имеется. В отношении ФИО2 и ФИО1 каких-либо проверочных мероприятий не проводилось, возбужденного уголовного дела не было. ФИО2 явился на допрос добровольно, и на этом допросе ФИО2 сообщил новые сведения, без которых уголовное дело по факту дачи им и ФИО1 взятки и посредничества ФИО10 не было бы возбуждено. Каких-либо сведений о том, что ФИО2 по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ было известно о наличии у органа предварительного расследования данной информации, суду первой инстанции не представлено. Допрос проходил в форме свободного рассказа, дополнительных вопросов следователем задано не было, что и отражено в протоколе допроса.

При таких обстоятельствах при допросе в качестве свидетеля ФИО2 в рамках уголовного дела в отношении ФИО27, несвязанного с передачей взятки, добровольно сообщил в орган, имеющий право возбудить уголовное дело, о даче взятки. Ссылаясь на положения ст. 291 УК РФ, разъяснения п. 29 постановления Пленума ВС РФ от 09.07.2013 № 24 «О судебной практике по делам о взяточничестве и иных коррупционных преступлениях», постановления Пленума ВС РФ от 22 декабря 2015 № 58 «О практике назначения судами РФ уголовного наказания», считает, что при принятии решений, как судами первой и апелляционной инстанции, вышеуказанные разъяснения были проигнорированы, интерпретированы произвольно и с обвинительным уклоном. Полагает, что по делу имеются все условия для решения вопроса о возможности прекращения уголовного дела на основании примечания к ст. 291 УК РФ

Обращает внимание на определение Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ по делу №-УД25-13-К4, которым уголовное дело с аналогичными обстоятельствами прекращено по примечанию к ст. 291 УК РФ.

Ссылка суда на изменчивую позицию подсудимых, которые признали, потом отрицали, а в конце судебного следствия вновь признали вину, то эта позиция основана на неверном определении в обвинительном заключении фактических обстоятельств совершения преступления, а именно места, времени и размеров траншей, передаваемых денежных средств. Приводит собственный анализ доказательств.

Считает, что стороной обвинения не представлено доказательств, бесспорно свидетельствующих о совершении ФИО1 и ФИО11 преступления при инкриминируемых им обстоятельствах, а представленные стороной обвинения доказательства, основанные исключительно на абсолютно противоречивых, неоднократно меняющихся показаниях ФИО10 и ФИО12, которые давались исключительно с целью применения к ним положений, изложенных в примечании к ст. 291 УК РФ для возможности избежать привлечения к уголовной ответственности, не являются достоверными доказательствами подтверждающими виновность ФИО2 и ФИО1 в совершении ими преступления именно при изложенных в приговоре обстоятельствах. Многочисленные показания свидетелей ФИО10 и ФИО12 не согласуются как между собой, так и биллинговым соединениям.

Ссылаясь на положения п.1 ч.1 ст.73 УПК РФ, указывает, что в обвинительном заключении и в приговоре время и место инкриминируемого ФИО1 и ФИО2 деяния не соответствуют фактическому, следовательно приговор и апелляционное определение не соответствуют фактическим обстоятельствам и материалам дела.

По мнению стороны защиты, суд первой инстанции при вынесении приговора назначил ФИО2 максимально возможный срок наказания в виде лишения свободы, при этом не в полной мере учел разъяснения постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания».

Суд первой инстанции, установив ряд смягчающих обстоятельств, применив правильно и последовательно положения ч. 3 ст. 66 и ч. 1 ст. 62 УК РФ, в нарушение вышеуказанных разъяснений постановления Пленума Верховного Суда РФ, назначил ФИО2 максимально возможный срок лишения свободы 6 лет, однако без фактического учета установленных иных смягчающих наказание обстоятельств, предусмотренных ч. 2 ст. 61 УК РФ, ранее не судимого, характеризующегося исключительно с положительной стороны, проявляющего деятельное участие в общественной жизни, приносящего реальную пользу людям и стране в целом. С учетом последовательного применения положений ст. ст. 66 и 62 УК РФ назначен максимальный размер наиболее строгого наказания, предусмотренного санкцией ч.4 ст. 291 УК РФ, которая является альтернативной и предоставляет суду возможность назначения более мягкого вида наказания.

Кроме того, инкриминируемое деяние, являющееся неоконченным, носит разовый характер и не повлекло негативных последствий, с момента его совершения прошло длительное время, в течение которого ФИО2 не совершал иных правонарушений. А, принимая во внимание, ранее изложенные доводы в отношении ФИО2 и ФИО1 в качестве смягчающего обстоятельства, предусмотренного п. «и» ч.1 ст. 61 УК РФ надлежит также учесть явку с повинной.

Полагает, что снований для удовлетворения апелляционного представления прокурора и необходимости отмены условного осуждения в апелляционном представлении не приведено.

Просит приговор и апелляционное определение отменить, ФИО2 по предъявленному обвинению оправдать.

Если суд кассационной инстанции не найдет оснований для оправдания ФИО2, просит признать явку с повинной и активное способствование раскрытию и расследованию преступления смягчающими обстоятельствами, и прекратить уголовное дело на основании примечания к ст.291 УК РФ, либо смягчить назначенное ФИО2 наказание, несвязанное с реальным лишением свободы.

В кассационной жалобе защитник осужденного ФИО1 - адвокат ФИО13 считает приговор и постановление суда апелляционной инстанции незаконными и необоснованными, подлежащими отмене, а уголовное подлежит прекращению на основании примечания к ст. 291 УК РФ.

При вынесении приговора судом первой инстанции, а также рассмотрении в апелляционном порядке уголовного дела Краснодарским краевым судом не учтены в полном объеме положения уголовного законодательства, а также разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации.

Указывает, что ФИО1 и ФИО2, добровольно и без задержания дали подробные показания в качестве свидетелей о даче ими взятки ФИО14 в рамках не связанного с данным уголовным делом иного уголовного дела, им не было известно о наличии у органов следствия информации об их причастности к преступлению, и они об этом фактически поставили в известность правоохранительные органы. Несмотря на подробные доводы об этом стороны защиты в ходе судебного разбирательства и апелляционного рассмотрения дела, со ссылками на конкретные материалы дела, суды фактически устранились от должной мотивировки своего решения, приведя лишь общие бездоказательные фразы и цитаты из законодательства, без каких-либо ссылок на конкретные материалы уголовного дела.

Утверждает, что ФИО2 и ФИО15 самостоятельно являлись в следственные органы и добровольно давали показания. В ходе допроса ФИО2 следователь не установил данные ФИО15 и его место нахождения, не интересовался о данных сведениях. Также следственным органом не проводились мероприятия, направленные на установление личности ФИО1 и его местонахождения, не предпринимались никакие попытки вызова его на допрос.

Обращает внимание, что после первых допросов в качестве подозреваемых ФИО1 и ФИО2, следователь принял от них заявления о том, что они не возражают против прекращения уголовного преследования по ч. 4 ст. 291 УК РФ в соответствии с примечанием к указанной статье. Считает, что данные заявления необоснованно остались без рассмотрения следственным органом, а также без надлежащей оценки судов первой и апелляционной инстанций.

Кроме того, судами первой и апелляционной инстанций не дано оценки обстоятельствам, свидетельствующим о том, что информация о событии преступления, предмете взятки, причинах и условиях передачи ФИО10 денежных средств от ФИО1 и ФИО2 для прокурора ФИО16 стала известна сотрудникам правоохранительных органов непосредственно от ФИО1 и ФИО2, которые именно активно способствовали раскрытию и расследованию данного преступления, в контексте наличия добровольности сообщения о преступлении.

По мнению защиты, выводы суда апелляционной инстанции об исключении смягчающего наказания обстоятельства осужденным в виде активного способствования раскрытию и расследованию преступления, несмотря на то, что осужденные не признавали свою вину в ходе предварительного и судебного следствия до прений сторон, явно носят предвзятый и основанный на неверном токовании закона в данной ситуации характер.

Считает, что указанные обстоятельства являются существенными, повлиявшими на исход дела, в связи с чем, уголовное дело в отношении ФИО1 и ФИО2 подлежит прекращению на основании примечания к ст. 291 УК РФ.

Просит суд кассационной инстанции учесть позицию Верховного Суда РФ и его фактические разъяснения в указанном определении именно правильного применения примечания к ст. 291 УК РФ при разрешении судами данной категории уголовных дел.

Полагает, что в обвинительном заключении и в приговоре время и место инкриминируемого ФИО1 и ФИО2 деяния не соответствует доказательствам, положенным в основу их осуждения.

В жалобе оспаривает вид и размер назначенного судом первой инстанции основного наказания ФИО1, ссылается на неверно установленные обстоятельства совершенного преступления, приводит доводы аналогичные доводам жалобы защитника-адвоката ФИО9

Кроме того, в дополнении к кассационной жалобе защитник оспаривает решение апелляционного суда об отмене условного осуждения ФИО24 и указывает на немотивированность этого решения, поскольку из судебного акта не ясно в чем выразилось существенное нарушение уголовного закона при назначении наказания в суде первой инстанции. В поддержание своих доводов защитник ссылается на определение Верховного Суда РФ от 20 мая 2026 года по делу № 18-УД26-4-К4 (по делу ФИО28).

Просит состоявшиеся по делу судебные акты отменить, уголовное дело прекратить на основании примечания к ст.291 УК РФ.

Если суд кассационной инстанции сочтет невозможным прекратить уголовное дело на основании примечания к ст. 291 УК РФ, просит оправдать ФИО1 в совершении инкриминируемого ему деяния.

Если суд кассационной инстанции сочтет невозможным оправдание ФИО1, просит признать явку с повинной смягчающим его наказание обстоятельством, оставить смягчающим его наказание обстоятельством активное способствование раскрытию и расследованию преступления, снизить срок назначенного ФИО1 наказания в виде лишения свободы, оставив условное осуждение.

В дополнении к кассационной жалобе своего защитника осужденный ФИО1, ссылаясь на данные о личности и положительные характеристики, оспаривает решение апелляционной инстанции об отмене приговора в части применения условного осуждения. Настаивает на том, что его состояние здоровья и иные данные о личности свидетельствуют о возможности отбывания наказания условно.

В возражениях на кассационные жалобы защитников–адвокатов ФИО9 и ФИО8 государственный обвинитель ФИО17 приводит суждения о законности судебных решений.

Изучив материалы уголовного дела, обсудив доводы кассационных жалоб, возражений, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с ч. 1 ст. 401.15 УПК РФ, основаниями отмены или изменения приговора, определения суда при рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела, то есть круг оснований для вмешательства в судебные решения в кассационном порядке в отличие от производства в апелляционной инстанции ограничен лишь такими нарушениями, которые повлияли на вывод о виновности, на юридическую оценку содеянного, назначение судом наказания или применение иных мер уголовно-правового характера и на решение по гражданскому иску.

Такие нарушения по делу допущены судом первой инстанции и не устранены судом апелляционной инстанции.

Из материалов дела следует, что постановленный судом приговор, с учетом внесенных апелляционным судом изменений, в целом соответствует требованиям уголовно-процессуального закона, предъявляемым к его содержанию.

Вопреки утверждению защитников в приговоре отражены обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, в том числе место и время совершения преступления, проанализированы подтверждающие их доказательства, получившие надлежащую оценку с приведением ее мотивов, аргументированы выводы, относящиеся к вопросу квалификации преступления, разрешены иные вопросы, имеющие отношение к делу.

Обстоятельства, при которых ФИО2 и ФИО15 совершено преступление, установлены правильно, выводы суда не содержат каких-либо предположений и противоречий. В ходе судебного разбирательства всесторонне и полно исследованы все доказательства, на основании которых были установлены обстоятельства совершения осужденными противоправного деяния.

Так мотивируя свои выводы, суд первой инстанции правомерно сослался на показания осужденных, данные ими в ходе предварительного следствия и оглашенные в судебном заседании, которые полностью признали свою вину и подробно показали об обстоятельствах, при которых они пытались дать взятку заместителю транспортного прокурора за возможность беспрепятственно работать в сфере перевозки пассажиров маломерными судами в акватории Черного моря; показания свидетелей ФИО16, ФИО18, ФИО19, ФИО12, ФИО20, ФИО21, ФИО22 и других об обстоятельствах имеющих отношение к уголовному делу, показания подозреваемого ФИО10, о том, что он получил от ФИО2 и ФИО15 4 миллиона рублей, один миллион из которых для передачи заместителю транспортного прокурора; протоколы следственных действия и иные доказательства, подробно приведенные в приговоре.

Показания осужденных и свидетелей проверены и оценены согласно уголовно-процессуальному закону, противоречий в них не установлено, так же как и какой-либо заинтересованности в исходе дела либо причин для оговора ФИО2 и ФИО15, либо самооговора.

Все представленные доказательства суд в соответствии с требованиями статей 87, 88 УПК РФ проверил, сопоставил между собой и дал им правильную оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в совокупности - достаточности для разрешения дела по существу и постановления обвинительного приговора. При этом суд указал основания и мотивы, по которым одни из доказательств признаны им достоверными, а другие, в том числе показания осужденных, данные ими в судебном заседании, об отсутствии намерений передавать денежные средства заместителю транспортного прокурора, об отсутствии в их действиях состава преступления, отвергнуты.

При таких обстоятельствах, действия ФИО2 и ФИО15, судом правильно квалифицированы по ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «б» ч. 4 ст. 291 УК РФ. При этом выводы суда по вопросам уголовно-правовой оценки содеянного осужденными убедительно мотивированы, все признаки вмененного осужденным преступления получили в них объективное подтверждение. Оснований для иной правовой оценки содеянного не имеется.

Содержание доводов защитников о том, что ФИО2 и ФИО15 явились с повинной, добровольно сообщили о совершенном ими преступлении, активно способствовали расследованию и раскрытию преступления, а, следовательно, имеются основания для прекращения уголовного дела в соответствии с примечанием к ст. 291 УК РФ, по существу повторяет процессуальную позицию защиты в судебных заседаниях судов первой и апелляционной инстанций, где линия защиты сводилась к интерпретации с позиции собственной оценки всех доказательств и, в целом, к отсутствию состава преступления в действиях осужденных.

Указанная позиция была в полном объеме проверена при рассмотрении дела судами первой и апелляционной инстанций и отвергнута как несостоятельная с приведением аргументов, опровергающих доводы стороны защиты с достаточной мотивировкой относительно предмета проверки уголовного дела в контексте существенности допущенных нарушений уголовного и уголовно-процессуальных законов.

Соглашаясь с выводами судов первой и апелляционной инстанции судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с примечанием к ст. 291 УК РФ лицо, давшее взятку, освобождается от уголовной ответственности, если оно активно способствовало раскрытию и (или) расследованию преступления и либо в отношении него имело место вымогательство взятки со стороны должностного лица, либо лицо после совершения преступления добровольно сообщило в орган, имеющий право возбудить уголовное дело, о даче взятки.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях», для освобождения от уголовной ответственности за дачу взятки требуется установить активное способствование раскрытию и (или) расследованию (пресечению) преступления, а также добровольное сообщение о совершенном преступлении либо вымогательство взятки.

Сообщение (письменное или устное) о преступлении должно признаваться добровольным независимо от мотивов, которыми руководствовался заявитель. Активное способствование раскрытию и расследованию преступления должно состоять в совершении лицом действий, направленных на изобличение причастных к совершенному преступлению лиц (взяткодателя, взяткополучателя, посредника, лиц, принявших или передавших предмет коммерческого подкупа), обнаружение имущества, переданного в качестве взятки и др.

Из материалов дела следует, что осужденные ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 и ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 были допрошены в качестве свидетелей по другому уголовному делу.

ФИО2 сообщил, что он и ФИО1 в марте 2018 года хотели работать в акватории Черного моря в сфере оказания услуг перевозки пассажиров маломерными судами. По сообщению Филимонова передача им технической зоны в центре пляжа <адрес> будет стоить <данные изъяты> рублей. Он и ФИО1 согласились и передали названную сумму двумя частями (<данные изъяты> рублей и <данные изъяты> рублей) ФИО29 и только от него узнали, что часть денег он (ФИО30) передаст заместителю транспортного прокурора за то, что бы надзорные органы не препятствовали коммерческой деятельности (т. 2 л.д. 204-208).

ФИО1 в ходе допроса дал аналогичные показания и также сообщил, что от ФИО31 он узнал, что часть денег предназначалась «за техническую зону», а часть «какому-то должностному лицу». Кому именно он не помнит. Звучала ли в разговоре фамилия Евтых он (ФИО1) также не помнит, с ФИО32 не знаком (т. 6 л.д. 138-143).

Таким образом, из показаний ФИО2 и ФИО15 следует, что вопреки доводам жалоб, осужденные не сообщали о том, что они передали денежные средства для последующей их передачи в качестве взятки заместителю транспортного прокурора, а сообщили о намерении ФИО34 совершить преступление, о котором он (ФИО40) поставил их в известность уже после получении от них денег в сумме ФИО33 рублей. То есть показания осужденных содержали сведения о совершении преступления не ими, а другим лицом.

В этой связи как правильно установлено судами первой и апелляционной инстанции, оснований для признания их показаний данных в качестве свидетелей в 2019 и в 2020 году добровольным сообщением о совершенном преступлении, либо явкой с повинной не имеется.

Соглашаясь с выводами апелляционного суда об отсутствии в действиях осужденных смягчающего наказание обстоятельства - активное способствование раскрытию и расследованию преступления, судебная коллегия отмечает, что показания осужденных, данные ими в ходе предварительного следствия, не могут расцениваться как действия, направленных на изобличение причастных к совершенному преступлению лиц. Эти показания осужденные давали ДД.ММ.ГГГГ и в 2023 году, на тот момент уже были возбуждены уголовные дела в отношении ФИО35 (ДД.ММ.ГГГГ году), ФИО36 (ДД.ММ.ГГГГ году) и ФИО37 (ДД.ММ.ГГГГ). То есть у правоохранительных органов была информация об участии ФИО38 и ФИО39 в инкриминируемых осужденным событиях.

Таким образом, осужденные, как следует из их показаний в ходе предварительного следствия, не представили органам следствия информацию, имеющую значение для раскрытия и расследования совершенного им преступления, а лишь сообщили об обстоятельствах их совершения, которыми органы следствия располагали из материалов уголовных дел в отношении ФИО41, ФИО42 и ФИО43.

При таких обстоятельствах судебная коллегия приходит к выводу, что вид наказания – лишение свободы определен осужденным с учётом требований уголовного закона, а именно конкретных обстоятельств дела, характера и степени общественной опасности содеянного, данных о личности виновных, наличия смягчающих и отсутствия отягчающих наказание обстоятельств.

Все смягчающие наказание и другие имеющие значение при назначении наказания осужденным обстоятельства (с учетом внесенных апелляционным судом изменений), в том числе и сведения об активной общественной деятельности осужденных и состоянии их здоровья, судами учтены в полном объёме.

Выводы суда апелляционной инстанции о назначении осужденным наказания в виде лишения свободы без применением положений ст. 73 УК РФ надлежащим образом мотивированы в приговоре.

Вместе с тем, назначенное ФИО2 и ФИО15 наказание нельзя признать справедливым вследствие его чрезмерной суровости.

В соответствии с ч. 3 ст. 60 УК РФ при назначении наказания учитываются характер и степень общественной опасности преступления, личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Указанные положения закона при разрешении судом вопроса о назначении размера наказания осужденным учтены не в полной мере.

Перечислив общие положения закона, касающиеся характера и степени общественной опасности совершенного ФИО2 и ФИО15 преступления, апелляционный суд не указал, какие конкретные обстоятельства дела и данные о личности осужденных свидетельствовали о необходимости назначения им наказания, связанного с изоляцией от общества на столь длительный срок.

Суд апелляционной инстанции указал в приговоре, что каких-либо исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, и дающих основания для применения к ФИО2 и ФИО15 положений ст. 64 УК РФ, судом не установлено. При этом данный вывод в апелляционном определении не мотивирован.

В соответствии со ст. 64 УК РФ при наличии исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, наказание может быть назначено ниже низшего предела, предусмотренного соответствующей статьей УК РФ. Исключительными могут быть признаны как отдельные смягчающие обстоятельства, так и совокупность таких обстоятельств.

Между тем, преступление, в совершении которого ФИО2 и ФИО15 признаны виновными, не было доведено до конца, ввиду чего негативные последствия от него фактически не наступили.

С момента совершения преступления прошло более 8-ми лет. В этот период ФИО2 и ФИО15 к уголовной ответственности не привлекались, вели законопослушный образ жизни, имели устойчивые социальные связи, активно занимались общественной деятельностью, в том числе волонтерской работой, помощью участникам СВО, благотворительной деятельностью.

Таким образом, поведение осужденных после совершения преступления, их активная жизненная позиция свидетельствует о стремлении к восстановлению социальной справедливости, а также самостоятельному исправлению осужденных, то есть формированию у них уважительного отношения к человеку, обществу, труду, нормам, правилам и традициям человеческого общежития.

Эти обстоятельства в совокупности с указанными в приговоре данными о личности ФИО2 и ФИО15 (состояние их здоровья, возраст – 59 и 58 лет, первое привлечение к уголовной ответственности, положительные данные характеризующие их) и смягчающими наказание обстоятельствами дают основания для назначения им основного наказания с применением правил, предусмотренных ст. 64 УК РФ.

Кроме того, с учетом приведенных выше данных о личности и смягчающих наказание обстоятельств подлежит смягчению и дополнительное наказание назначенное осужденным в виде штрафа.

Иных оснований для изменения, либо отмены судебных актов судебная коллегия не усматривает.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 401.14 - 401.16 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

приговор Туапсинского районного суд Краснодарского края от ДД.ММ.ГГГГ и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Краснодарского краевого суда от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО2 и ФИО1 изменить:

назначить ФИО2 и ФИО1 основное наказание по ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «б» ч. 4 ст. 291 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ в виде лишения свободы на срок четыре года каждому, со штрафом в размере трехкратной суммы взятки – 3 миллиона рублей каждому;

в остальной части судебные акты оставить без изменения, а кассационные жалобы - без удовлетворения.

Кассационное определение может быть обжаловано в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в Судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации.

Председательствующий

Судьи