ЧЕТВЕРТЫЙ КАССАЦИОННЫЙ СУД

ОБЩЕЙ ЮРИСДИКЦИИ

Дело № 88-13053/2025

№ дела суда 1-й инстанции 2-1696/2021

УИД: 23RS0011-01-2019-007352-19

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Краснодар                                 21 мая 2025 года

Судебная коллегия по гражданским делам Четвертого кассационного суда общей юрисдикции в составе:

председательствующего Анашкиной И.А.,

судей Грибанова Ю.Ю., Миллер М.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ДВВ к ДВИ, ДИВ о признании недействительными договоров дарения недвижимого имущества, применении последствий недействительности сделки, признании права собственности,

по кассационной жалобе ДВИ на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 16 января 2025 года.

Заслушав доклад судьи Анашкиной И.А., истца ДВВ и его представителя по доверенности КОВ, возражавших против удовлетворения кассационной жалобы, судебная коллегия

    установила:

ДВВ обратился с иском в суд, просил: признать недействительным договор дарения <адрес> кадастровым номером №, площадью 56,3 кв.м, расположенной по адресу: <адрес>, заключённый между ДВИ и ДИВ, применить последствия недействительности сделки путем приведения сторон в первоначальное положение, аннулировав запись о праве собственности ДИВ на спорную квартиру, возникшем на основании договора дарения квартиры, восстановив право собственности на указанный объект за ДВИ; признать за ДВВ и ДВИ право на 1/2 долю в праве общей долевой собственности на спорную квартиру.

Решением Геленджикского городского суда от 4 августа 2020 года, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 3 ноября 2020 года, в удовлетворении исковых требований отказано.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Четвертого кассационного суда общей юрисдикции от 15 апреля 2021 года указанные судебные акты отменены, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении решением Геленджикского городского суда Краснодарского края от 15 ноября 2021 года исковые требования удовлетворены частично, признан недействительным договор дарения <адрес>, расположенной по адресу: <адрес>, заключенный между ДВИ и ДИВ, применены последствия недействительности сделки путем приведения сторон в первоначальное положение - аннулирована запись о праве собственности ДИВ на указанную квартиру и восстановлено право собственности на указанный объект за ДВИ

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 19 мая 2022 года решение суда от 15 ноября 2021 года оставлено без изменения.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Четвертого кассационного суда общей юрисдикции от 24 ноября 2022 года апелляционное определение от 19 мая 2022 года отменено, дело направлено на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 14 марта 2023 года решение суда от 15 ноября 2021 года оставлено без изменения.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Четвертого кассационного суда общей юрисдикции от 17 августа 2023 года апелляционное определение от 14 марта 2023 года отменено, дело направлено на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции в ином составе судей.

При новом рассмотрении дела суд апелляционной инстанции перешел к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции без учета особенностей, установленных положениями главы 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, исковые требования истцом уточнены, помимо указанных выше требований истец просил признать недействительным договор дарения спорной квартиры, заключенный 3 сентября 2019 года между ДВИ и НВВ, применить последствия недействительности сделки.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 16 мая 2024 года решение суда от 15 ноября 2021 года отменено, по делу принято новое решение, которым в удовлетворении исковых требований отказано.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Четвертого кассационного суда общей юрисдикции от 10 сентября 2024 года апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 16 мая 2024 года отменено, дело направлено в суд апелляционной инстанции на новое рассмотрение в ином составе судей.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 16 января 2025 года решение суда от 15 ноября 2021 года отменено, по делу принято новое решение, исковые требования удовлетворены.

Признан недействительным договор дарения от 18 декабря 2018 года <адрес>, расположенной по адресу: <адрес>, заключенный между ДВИ и ДИВ; применены последствия недействительности сделки путем приведения сторон в первоначальное положение, аннулирована запись о праве собственности ДИВ на указанную квартиру, возникшем на основании договора дарения квартиры, заключенного между ДВИ и ДИВ; признан недействительным договор дарения от 3 сентября 2019 года <адрес>, расположенной по адресу: <адрес>, заключенный между ДИВ и НВВ в лице представителя ДВИ; применены последствия недействительности сделки путем приведения сторон в первоначальное положение, аннулирована запись в Едином государственном реестре прав о переходе права собственности на указанную квартиру от ДИВ к НВВ и восстановлено право собственности ДВИ на указанный объект.

В кассационной жалобе и дополнениях к ней ответчик ставит вопрос об отмене апелляционного определения как незаконного.

В судебном заседании истец ДВВ и его представитель по доверенности КОВ возражали против удовлетворения кассационной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, надлежащим образом извещены судом кассационной инстанции о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы. Информация о движении дела размещена также на официальном сайте Четвертого кассационного суда общей юрисдикции в сети Интернет по адресу: 4kas.sudrf.ru.

В силу части 5 статьи 379.5 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации неявка в судебное заседание кассационного суда общей юрисдикции лица, подавшего кассационные жалобу, представление, и других лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, не препятствует рассмотрению дела в их отсутствие.

В соответствии с частью 1 статьи 379.6 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации кассационный суд общей юрисдикции рассматривает дело в пределах доводов, содержащихся в кассационных жалобе, представлении, если иное не предусмотрено данным Кодексом.

Признав возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, надлежаще извещенных о дате, времени и месте проведения судебного заседания, проверив материалы дела в пределах доводов кассационной жалобы, судебная коллегия по гражданским делам ФИО4 кассационного суда общей юрисдикции сочла доводы кассационной жалобы заслуживающими внимания.

Согласно части 1 статьи 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений кассационным судом общей юрисдикции являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Такие нарушения по делу допущены.

Судом установлено, что ДВВ и ДВИ состояли в браке с ДД.ММ.ГГГГ.

Заочным решением мирового судьи судебного участка № 3 Волгодонского судебного района Ростовской области от 30 января 2018 года брак между ДВВ и ДВИ расторгнут.

Апелляционным определением Волгодонского районного суда Ростовской области от 8 июля 2019 года заочное решение мирового судьи судебного участка № 3 Волгодонского судебного района Ростовской области от 30 января 2018 года оставлено без изменения.

В период брака супругами приобретена спорная <адрес> в <адрес> края, право собственности на которую зарегистрировано в Едином государственном реестре недвижимости (далее - ЕГРН) за ДВИ 10 ноября 2013 года.

Факт приобретения спорной квартиры в период брака сторонами не оспаривался.

Раздел совместно нажитого имущества после расторжения брака не производился.

    18 декабря 2018 года между ДВИ (даритель) и ее сыном ДИВ (одаряемый) заключен договор дарения, по которому ДВИ безвозмездно передала в собственность ДИВ принадлежащую ей на праве собственности спорную квартиру. Договор зарегистрирован в установленном законом порядке Управлением Федеральной регистрационной службы по Краснодарскому краю 21 декабря 2018 года.

3 сентября 2019 года между ДИВ и его бабушкой НВВ в лице представителя ДВИ заключен договор дарения <адрес>, с кадастровым номером № площадью 56,3 кв.м, расположенной по адресу: <адрес>.

Обращаясь в суд, истец указал на то, что на совершение данной сделки не было получено его нотариального согласия.

Разрешая настоящий спор и удовлетворяя исковые требования, суд апелляционной инстанции, руководствовался положениями статей 8, 153, 167, 253, 421, 432, 572, 574 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 34, 35, 36, 39 Семейного кодекса Российской Федерации, и исходил из того, что в рассматриваемом случае нотариально удостоверенное согласие супруга на заключение договора дарения от 18 декабря 2018 года недвижимого имущества, являющегося общим имуществом супругов, не получено, что является достаточным для признания сделки недействительной. При этом учёл, что стороны сделки от 18 декабря 2018 года ДВИ и ДИВ (мать и сын) и стороны сделки от 3 сентября 2019 года ДИВ и НВВ (внук и бабушка по линии матери), являясь близкими родственниками, не могли не знать о том, что спорное имущество приобретено в период брака и, соответственно, является совместно нажитым, на момент совершения первой сделки брачные отношения прекращены, в связи с чем для распоряжения данным имуществом и выяснения действительной воли истца необходимо было нотариальное согласие ДВВ

Доводы ответчиков о пропуске истцом срока исковой давности суд отклонил, установив, что о совершении ДВИ сделки по отчуждению спорного имущества истец узнал 30 июля 2019 года из выписки ЕГРН, в связи с чем пришёл к выводу, что начало течения срока исковой давности в данном случае следует исчислять с указанной даты – 30 июля 2019 года.

Удовлетворяя требования о признании недействительным договора дарения, заключенного 3 сентября 2019 года между ДИВ и его бабушкой НВВ в лице представителя ДВИ, суд апелляционной инстанции исходил из того, что ввиду недействительности договора дарения от 18 декабря 2018 года ДИВ не имел права распоряжаться спорным имуществом. При этом судебная коллегия отметила невозможность признания НВВ добросовестным приобретателем, поскольку спорное имущество приобретено по безвозмездной сделке.

Кроме того, суд апелляционной инстанции пришёл к выводу о мнимости указанного договора, отметив отсутствие доказательств фактической передачи имущества, учитывая, что НВВ с ДД.ММ.ГГГГ и до момента смерти была зарегистрирована и проживала в Пермском крае. На этом основании согласился с доводами истца о том, что указанная сделка совершена с целью недопущения возможности выдела из нее общей совместной собственности истца, без намерения создать реальные правовые последствия.

Судебная коллегия Четвертого кассационного суда общей юрисдикции полагает, что при разрешении спора судом апелляционной инстанции существенно нарушены нормы материального и процессуального права.

В соответствии с частью 1 статьи195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации решение суда должно быть законным и обоснованным.

В силу части 1 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению.

В пунктах 2 и 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года № 23 «О судебном решении» разъяснено, что решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 1 статьи 1, часть 3 статьи 11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

В силу положений статей 67, 71, 195 - 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд обязан исследовать по существу все фактические обстоятельства и не вправе ограничиваться установлением формальных условий применения нормы, а выводы суда о фактах, имеющих юридическое значение для дела, не должны быть общими и абстрактными, они должны быть указаны в судебном постановлении убедительным образом со ссылками на нормативные правовые акты и доказательства, отвечающие требования относимости и допустимости. В противном случае нарушаются задачи и смысл судопроизводства, установленные статьей 2 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

На стадии апелляционного пересмотра судебного постановления, являющейся составной частью гражданского судопроизводства, апелляционный суд, реализуя положения статьи 2 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, выполняет указанные задачи посредством осуществления проверки законности и обоснованности не вступившего в законную силу решения суда первой инстанции.

Таким образом, апелляционное определение также должно соответствовать общим требованиям, предъявляемым к решению суда статьёй 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, то есть должно быть законным и обоснованным.

Однако постановленное по делу апелляционное определение вышеприведенным требованиям процессуального закона соответствует не в полной мере.

В силу пункта 1 статьи 33 Семейного кодекса Российской Федерации законным режимом имущества супругов является режим их совместной собственности.

Согласно пункту 1 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов осуществляются по обоюдному согласию супругов.

В соответствии с пунктом 3 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации (в редакции, действовавшей на момент заключения оспариваемых договоров дарения) для заключения одним из супругов сделки по распоряжению имуществом, права на которое подлежат государственной регистрации, сделки, для которой законом установлена обязательная нотариальная форма, или сделки, подлежащей обязательной государственной регистрации, необходимо получить нотариально удостоверенное согласие другого супруга. Супруг, чье нотариально удостоверенное согласие на совершение указанной сделки не было получено, вправе требовать признания сделки недействительной в судебном порядке в течение года со дня, когда он узнал или должен был узнать о совершении данной сделки.

С учетом того, что супруги Д на момент совершения оспариваемой сделки, заключенной между ДВИ и ДИВ, состояли в браке (брак прекращен по вступлении в силу решения суда о расторжении брака 8 июля 2019 года), суд апелляционной инстанции верно применил к правоотношениям сторон положения пункта 3 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации.

При признании сделки недействительной на основании пункта 3 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации (в редакции, действовавшей на момент заключения оспариваемых сделок) закон не возлагал на супруга, чье нотариально удостоверенное согласие на совершение сделки не было получено, обязанность доказывать тот факт, что другая сторона в сделке по распоряжению недвижимостью или в сделке, требующей нотариального удостоверения и (или) регистрации в установленном законом порядке, знала или должна была знать об отсутствии такого согласия.

Положения пункта 3 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 14 июля 2022 г. N 310-ФЗ) применяются к отношениям, возникшим после 1 сентября 2022 г. (статья 4 Федерального закона от 14 июля 2022 г. N 310-ФЗ «О внесении изменений в Семейный кодекс Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации»).

Таким образом, вопреки доводам ответчика, суд апелляционной инстанции верно применил закон и исходил из того, что поскольку предметом сделки являлся объект недвижимости, права на который подлежат государственной регистрации, истец при отсутствии его нотариального согласия на совершение сделки не обязан доказывать то, что другая сторона в оспариваемой сделке по распоряжению недвижимостью знала или должна была знать об отсутствии согласия супруга на совершение сделок.

И поскольку материалы дела не содержат сведений о том, что ДВВ выдавал супруге нотариально удостоверенное согласие на совершение сделок, суд обоснованно в соответствии с пунктом 3 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации пришёл к выводу о недействительности договора дарения <адрес>, расположенной по адресу: <адрес>, заключенного 18 декабря 2018 года между ДВИ и ДИВ

Вместе с тем суд не учёл пределы, которые необходимы в настоящем случае для защиты нарушенного права, а также не рассмотрел требования истца о признании за ним права на ? долю в праве собственности на спорную квартиру.

Согласно пункту 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц, защита права собственности и иных вещных прав должна осуществляться на основе соразмерности и пропорциональности, с тем, чтобы был обеспечен баланс прав и законных интересов всех участников гражданского оборота (не только собственников, но и иных лиц).

В силу положений пунктов 1 и 2 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

На основании пункта 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Признавая договор дарения квартиры, заключенный 18 декабря 2018 года между ДВИ и ДИВ, недействительным в полном объеме и возвращая имущество в совместную собственность ДВИ, суд апелляционной инстанции не учёл, что по совокупному смыслу положений части 1 статьи 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статей 9-12 Гражданского кодекса Российской Федерации, нарушенное право подлежит восстановлению не любым, указанным истцом способом, а в соответствии с законом и с соблюдением требований соразмерности и справедливости, при этом должен быть соблюден баланс интересов не только истца, но и ответчика, способ защиты и восстановления нарушенного права должен быть соразмерен нарушению и не должен выходить за пределы, необходимые для его применения.

В первоначально поданном исковом заявлении ДВВ просил в качестве применения последствий недействительности сделки признать за ним право на ? долю в праве собственности, определив пределы, которые необходимы для защиты его нарушенного права.

Принимая во внимание, что в силу пункта 1 статьи 39 Семейного кодекса Российской Федерации при разделе общего имущества супругов и определении долей в этом имуществе доли супругов признаются равными, если иное не предусмотрено договором между супругами, брак сторон прекращен, соответственно, прекращён и режим их совместной собственности, при совершении дарения одним из участников долевой собственности своей доли у иных участников отсутствует какое-либо преимущество, у суда не имелось оснований для признания недействительным договора дарения <адрес>, расположенной по адресу: <адрес>, заключенного 18 декабря 2018 года между ДВИ и ДИВ, в части распоряжения долей ДВИ, которая имела намерение распорядиться своей долей, подарив её сыну.

Кроме того, как следует из первоначально заявленных требований, ДВВ в числе прочего просил признать за ним право на ? долю в праве собственности на спорную квартиру, за ответчиком ДВИ также признать право на ? долю в праве собственности.

По смыслу положений статьи 194 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации решение суда является актом правосудия, окончательно разрешающим дело. При этом, исходя из положений статьи 39 и пункта 3 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд должен разрешить все заявленные истцом требования, поддерживаемые в итоговом судебном заседании.

В ходе судебного разбирательства истец подал заявление об увеличении исковых требований (л/д 77-78 том 3), в котором заявил также требование об оспаривании последующей сделки и применении последствий её недействительности. Однако заявление об отказе от иска в какой-либо части в материалах дела отсутствует, процессуальное решение о прекращении производства по делу в части первоначально заявленных требований о признании права на доли в праве собственности на спорную квартиру суд не принимал, указанные требования суд не рассмотрел.

На основании части 1 статьи 201 настоящего Кодекса суд, принявший решение по делу, может по своей инициативе или по заявлению лиц, участвующих в деле, принять дополнительное решение суда в случае, если: по какому-либо требованию, по которому лица, участвующие в деле, представляли доказательства и давали объяснения, не было принято решение суда; суд, разрешив вопрос о праве, не указал размер присужденной суммы, имущество, подлежащее передаче, или действия, которые обязан совершить ответчик; судом не разрешен вопрос о судебных расходах.

В соответствии с разъяснениями пункта 75 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 июня 2021 г. N 16 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции» при наличии обстоятельств, предусмотренных в пунктах 1 и 2 части 1 статьи 201 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции вправе по своей инициативе или по заявлению лиц, участвующих в деле, вынести дополнительное апелляционное определение. Вопрос о вынесении дополнительного апелляционного определения рассматривается судом апелляционной инстанции в судебном заседании с обязательным извещением лиц, участвующих в деле, за исключением тех категорий дел, которые в суде апелляционной инстанции рассматриваются без извещения лиц, участвующих в деле, и (или) без проведения судебного заседания.

При этом дополнительное апелляционное определение может быть вынесено не позднее установленного законом срока на кассационное обжалование апелляционного определения в кассационный суд общей юрисдикции, то есть в течение трех месяцев со дня вынесения апелляционного определения.

Таким образом, дополнительное апелляционное определение может быть принято в течение трех месяцев со дня вынесения апелляционного определения, которые на сегодняшний день истекли.

При таких обстоятельствах, поскольку суд вышел за пределы, необходимые для защиты нарушенного права ДВВ, признав договоры дарения недействительными и в части распоряжения долей ДВИ, при этом требования ДВВ об определении долей в общем имуществе не разрешил, допущенные нарушения являются существенными, их исправление невозможно без отмены судебного акта, судебная коллегия по гражданским делам ФИО4 кассационного суда общей юрисдикции пришла к выводу о необходимости отмены апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 16 января 2025 года и направления дела на новое рассмотрение в суд второй инстанции.

Также судебная коллегия по гражданским делам ФИО4 кассационного суда общей юрисдикции обращает внимание на то, что судом кассационной инстанции ранее неоднократно указывалось на необходимость установить, кто является правопреемником умершей 7 сентября 2019 года стороны сделки НВВ, однако выводы по указанному обстоятельству в обжалуемом судебном акте отсутствуют.

При новом рассмотрении суду апелляционной инстанции следует учесть изложенное, установить юридически значимые обстоятельства и отразить выводы по ним в судебном акте, разрешить все поддерживаемые истцом требования, при этом учитывать требования статей 1, 10 Гражданского кодекса Российской Федерации и положения части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации о необходимости соблюдения баланса интересов участников гражданского правоотношения, исходя из общеправового принципа справедливости, в соответствии с которым защита вещных прав должна осуществляться на основе соразмерности и пропорциональности с тем, чтобы был обеспечен баланс прав и законных интересов всех участников гражданского оборота, что позволяет суду при установлении нарушенного права истца удовлетворить требования частично, не выходя за пределы, необходимые для восстановления нарушенного права.

Руководствуясь статьями 379.7, 390, 390.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 16 января 2025 года отменить, дело направить на новое рассмотрение в Краснодарский краевой суд.

Определение суда кассационной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий трех месяцев со дня составления настоящего определения в окончательной форме.

Председательствующий                        И.А. Анашкина

Судьи                                    Ю.Ю. Грибанов

        М.В. Миллер

Определение составлено в окончательной форме 29 мая 2025 года