ЧЕТВЕРТЫЙ КАССАЦИОННЫЙ СУД

ОБЩЕЙ ЮРИСДИКЦИИ

УИД №    23RS0040-01-2022-004351-64

Дело № 88-26034/2025

№ дела суда 1-й инстанции 2-1/2025

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Краснодар                                   12 ноября 2025 года

Судебная коллегия по гражданским делам Четвертого кассационного суда общей юрисдикции в составе:

председательствующего Мотиной И.И.,

судей Фрид Е.К., Якубовской Е.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Джимова Нальбия Рамазановича к министерству здравоохранения Краснодарского края, ГБУЗ «Усть-Лабинская ЦРБ» министерства здравоохранения Краснодарского края, ГБУЗ РА Красногвардейская ЦРБ о взыскании компенсации морального вреда

по кассационной жалобе представителя истца Джимова Нальбия Рамазановича по доверенности Федорова В.И. на решение Первомайского районного суда г. Краснодара от 15 января 2025 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 20 мая 2025 года.

Заслушав доклад судьи Фрид Е.К., выслушав мнение представителя Джимова Н.Р. по доверенности Чернышука Н.В., поддержавшего доводы кассационной жалобы, представителя ГБУЗ «Усть-Лабинская ЦРБ» министерства здравоохранения Краснодарского края по доверенности Резиной К.А., возражавшей против удовлетворения требований кассационной жалобы, заключение старшего прокурора отдела управления Главного управления Генеральной прокуратуры Российской Федерации Пономаревой П.Г., полагавшей судебные постановления подлежащими оставлению без изменения, судебная коллегия

установила:

Джимов Н.Р. обратился в суд с иском к министерству здравоохранения Краснодарского края, ГБУЗ «Усть-Лабинская ЦРБ» министерства здравоохранения Краснодарского края, ГБУЗ РА Красногвардейская ЦРБ о взыскании компенсации морального вреда.

В обоснование требований указал, что 1 февраля 2022 года заступил на дежурство в 105 пожарную спецчасть г. Усть-Лабинска. 2 февраля 2022 года около часа ночи он почувствовал себя плохо, у него появилась сильная слабость, головокружение, сильная боль в лобно-височной области, он испытывал необъяснимую тревогу, тошноту, позывы на рвоту. Об этих симптомах Джимов Н.Р. сообщил своим коллегам, которые вызвали бригаду скорой медицинской помощи из ближайшей ГБУЗ «Усть-Лабинская ЦРБ», сообщив симптомы оператору. Приехавшая по адресу: а. Хатукай, ул. Чапаева, 10, бригада скорой медицинской помощи № 13 в 02:24 часа поставила Джимову Н.Р. диагноз - <данные изъяты>. Фельдшеры бригады скорой медицинской помощи сделали ЭКГ, дали таблетку каптоприла и уехали, указав в результатах оказания медицинской помощи - улучшение. Состояние Джимова Н.Р. ухудшалось. Около 4:40 утра коллега по работе позвонил супруге Джимова Н.Р., чтобы она забрала его. Супруга истца Джимова М.А. приехала около 5:20 часов отвезла его в ГБУЗ «Красногвардейская ЦРБ», где на приеме у врача истцу измерили давление и выставили диагноз - <данные изъяты>. В заключении прописали рекомендации - прием лекарств, контроль АД и наблюдение терапевта по месту жительства. После всех этих процедур Джимова Н.Р. отпустили домой. Около 16:00 часов состояние Джимова Н.Р. значительно ухудшилось, головные боли усилились, его вырвало. В 16.50 истец вместе с супругой вновь обратился в МО ГБУЗ «Красногвардейская ЦРБ», невролог отправила его на прохождение КТ и заподозрила диагноз <данные изъяты> (<данные изъяты>). Тогда была вызвана реанимационная бригада скорой медицинской помощи, которая доставила его в республиканскую клиническую больницу г. Майкопа в 20.00 часов. По приезду проведена операция КПТЧ, а также дальнейшее необходимое лечение в стационаре. Истец полагает, что по вине врачей бригады скорой медицинской помощи ГБУЗ «Усть-Лабинская ЦРБ» диагноз <данные изъяты> выставлен с опозданием почти на сутки, что привело к потере времени и ухудшило прогноз заболевания, продлив срок госпитализации, а само заболевание протекало в более тяжелой форме и повлекло частичную утрату трудоспособности. При обращении за медицинской помощью в ГБУЗ Красноармейская ЦРБ пациента не госпитализировали, не провели необходимые исследования. Просил суд взыскать в его пользу компенсацию морального вреда с ГБУЗ «Усть- Лабинская ЦРБ» Министерства здравоохранения Краснодарского края в размере 5 000 000 руб., с ГБУЗ РА «Красногвардейская ЦРБ» в размере 5 000 000 руб., с министерства здравоохранения Краснодарского края в размере 25 000 руб.

    Решением Первомайского районного суда г. Краснодара от 15 января 2025 года исковые требования удовлетворены частично. С ГБУЗ РА «Красногвардейская ЦРБ» в пользу Джимова Н.Р. взыскана компенсация морального вреда в размере 200 000 руб. В удовлетворении остальной части заявленных исковых требований отказано.

    Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 20 мая 2025 года решение Первомайского районного суда г. Краснодара от 15 января 2025 года оставлено без изменения.

    В кассационной жалобе представитель истца Федоров В.И. просит отменить судебные постановления в части уменьшения размера компенсации морального вреда, взысканной с ГБУЗ РА «Красногвардейская ЦРБ», отменить в части отказа во взыскании компенсации морального вреда с ГБУЗ «Усть-Лабинская ЦРБ» министерства здравоохранения Краснодарского края, поскольку доводам истца не дана надлежащая оценка.

    Иные лица, участвующие в деле, будучи надлежащим образом извещенными о времени и месте рассмотрения дела, в том числе публично, путем размещения соответствующей информации на официальном сайте суда (4kas.sudrf.ru), в судебное заседание не явились, об уважительности причин неявки суду не сообщили, в связи с чем, руководствуясь статьей 379.5 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия полагает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

    В соответствии с частью 1 статьи 379.6 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации кассационный суд общей юрисдикции рассматривает дело в пределах доводов, содержащихся в кассационных жалобе, представлении.

    Согласно части 1 статьи 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений кассационным судом общей юрисдикции являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

    Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия не находит оснований для ее удовлетворения ввиду следующего.

    Как установлено судами и усматривается из материалов дела, 2 февраля 2022 года в 2 часа 18 минут в отделение СМП ГБУЗ «Усть-Лабинская ЦРБ» Министерства здравоохранения Краснодарского края поступил вызов к Джимову Н.Р., ДД.ММ.ГГГГ года рождения (36 лет), по адресу места пребывания: г. Усть-Лабинск, ул. Монтажная, дом 6 (Пожарная часть). Повод к вызову: «Общественное место. Головная боль». Категория срочности - 111. Место регистрации пациента: Республика Адыгея, Красногвардейский район, а. Хатукай, ул. Чапаева, д. 10.

    Согласно данным карты вызова СМП № 13 от 2 февраля 2022 года, на момент осмотра пациент предъявлял жалобы на озноб, головную боль, рвоту. В анамнезе заболевания указано, что ухудшение состояния в течение одного часа, самостоятельно принял одну таблетку анальгина, к врачу не обращался, коллеги вызвали скорую медицинскую помощь.

    На основании жалоб, анамнеза, объективного осмотра и ЭКГ пациенту был установлен предварительный диагноз: «<данные изъяты>». Пациенту оказана медицинская помощь: «Каптоприл» 50 мг, 1 таблетка сублингвально.

    После оказания медицинской помощи отмечено улучшение состояния, показаний для медицинской эвакуации не установлено. Рекомендовано обратиться к врачу-терапевту по месту жительства, о чем есть отметка в карте вызова СМП. Фельдшером бригады СМП после окончания обслуживания вызова Джимову Н.Р. выдан сигнальный лист от 2 февраля 2022 года.

    Поскольку состояние Джимова Н.Р. ухудшалось, около 4:40 утра коллега по работе позвонил супруге Джимова Н.Р., чтобы она забрала его. По приезду, супруга Джимова М.А. отвезла его в ГБУЗ «Красногвардейская ЦРБ», где на приеме у врача истцу измерили давление и выставили диагноз - <данные изъяты>., прописали рекомендации - прием лекарств, контроль АД и наблюдение терапевта по месту жительства, отпустив Джимова Н.Р. домой.

    Около 16:00 часов состояние Джимова Н.Р. значительно ухудшилось, головные боли усилились, что послужило основанием для повторного обращения истца вместе с супругой в ГБУЗ «Красногвардейская ЦРБ», где невролог отправила его на прохождение КТ и заподозрила диагноз <данные изъяты>), в результате чего вызвана реанимационная бригада скорой медицинской помощи, доставившая больного в республиканскую клиническую больницу г. Майкопа, где незамедлительно проведена операция, а также дальнейшее лечение в стационаре.

    Из материалов проверки качества и безопасности деятельности, проведенной министерством здравоохранения Краснодарского края в рамках контроля ГБУЗ «Усть-Лабинская ЦРБ» Министерства здравоохранения Краснодарского края следует, что 2 февраля 2022 года Джимову Н.Р., ДД.ММ.ГГГГ г.р., медицинская помощь на этапе СМП ГБУЗ «Усть-Лабинская ЦРБ» Министерства здравоохранения Краснодарского края оказана с учетом предварительного диагноза клинических проявлений заболевания, состояния пациента и клинической ситуации в соответствии со стандартам оказания скорой медицинской помощи при гипертензии (Приказ Министерства здравоохранения Российской Федерации от 5 июля 2016 года № 470н «Об утверждении стандарта скорой медицинской помощи при гипертензии»). Время доезда бригады СМП составило 6 минут, что соответствует приказу Министерства здравоохранения Российской Федерации от 20 июля 2013 года № 388н «Об утверждении Порядка оказания скорой, в том числе скорой специализированной медицинской помощи». Предварительный диагноз: «<данные изъяты>» установлен пациенту на основании жалоб, анамнеза, объективного осмотра и результата ЭКГ. На момент осмотра очаговой неврологической симптоматики не установлен. Был применен препарат «Каптоприл» в дозе 25 мг (1 таб.). Письменное информированное добровольное согласие пациента на оказания медицинской помощи получено, о чем имеются подпись пациента в карте вызова СМП № 13 от 2 февраля 2022 года. После оказания медицинской помощи отмечено улучшение состояние пациента в виде снижения АД со 160/90 мм. рт.ст. до 130/80 мм. рт.ст. По окончанию вызова, фельдшером бригады СМП рекомендовано обратиться к врачу-терапевту, о чем имеется отметка в карте вызова. По результатам проведённой проверки нарушений на этапе оказания медицинской помощи бригадой СМП не выявлено.

    Согласно заключению комиссионной судебно-медицинской экспертизы № 271/67/2024 от 17 июля 2024 года, проведенной на основании определения суда, в результате исследования представленных материалов гражданского дела № 2-76/2024 в двух томах, медицинских и иных документов на имя Джимова Н.Р., ДД.ММ.ГГГГ г.р., лабораторных и специальных методов исследования, с учетом обсуждения полученных результатов, комиссия пришла к следующим выводам.

    Бригада СМП ГБУЗ «Усть-Лабинская ЦРБ» Министерства здравоохранения Краснодарского края прибыла на место вызова своевременно. Отмечено ухудшение состояния в течение часа. Поведение спокойное, менингиальных знаков нет. Так же, бригадой СМП отмечено, что больной в сознании, очаговой неврологической симптоматики нет. До приезда СМП больной принял таблетку анальгина самостоятельно, но отмечено, что улучшения не последовало. Как указанно в экспертизе, Джимов Н.Р. не сообщили прибывшей бригаде СМИ, о том, что ранее у него неоднократно повышалось АД в течение нескольких лет. На основании жалоб больного и проведенного объективного осмотра фельдшер установил диагноз. «<данные изъяты>». На момент осмотра очаговой неврологической симптоматики не установлен. Был применен препарат «Каптоприл» в дозе 25 мг (1 таб.). Письменное информированное добровольное согласие пациента на оказания медицинской помощи получено, о чем имеются подпись пациента в карте вызова СМП № 13 от 2 февраля 2022 года. После оказания медицинской помощи отмечено улучшение состояние пациента в виде снижения АД со 160/90 мм. рт. ст. до 130/80 мм. рт. ст. По окончанию вызова фельдшером бригады СМП рекомендовано обратиться к врачу-терапевту.

    Комиссия пришла к выводу, что медицинская помощь Джимову Н.Р. на этапе СМП ГБУЗ «Усть-Лабинская ЦРБ» Министерства здравоохранения Краснодарского края оказана в соответствии с приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 20 июля 2013 года № 388н и Стандарту скорой медицинской помощи при гипертензии, утвержденному приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 5 июля 2016 года № 470н. Показаний к медицинской эвакуации Джимову Н.Р. в стационар не имелось. Неполный сбор жалоб и анамнеза не может расцениваться как дефект оказания медицинской помощи, т.к. был указан со слов больного.

    По данным карты оказания неотложной помощи в приемном отделении ГБУЗ РА «Красногвардейская ЦРБ» № 270, Джимов Н.Р. обратился самостоятельно 2 февраля 2022 года в 5:20 с жалобами на головную боль, общую слабость, тошноту с многократной рвотой (на момент осмотра рвоты не было), осмотрен врачом приемного отделения. В анамнезе указано, что страдает гипертонической болезнью в течение трех лет, состоит на учете у терапевта, дома из гипотензивных препаратов принимает Каптоприл по 25 мг при повышении АД. При осмотре состояние оценено как удовлетворительное. Установлен диагноз заключительный: «а) основной: <данные изъяты> --».

    Учитывая изложенное, комиссия экспертов считает, что медицинская помощь Джимову Н.Р. сотрудниками приемного отделения ГБУЗ РА «Красногвардейская ЦРБ» 2 февраля 2022 года в 05:20 оказана своевременно, в достаточном объеме, соответствует Клиническим рекомендациям Министерства здравоохранения Российской Федерации от 2020 года «Артериальная гипертензия у взрослых». В результате проведенного физикального осмотра врачом установлено отсутствие очаговой неврологической и менингеальной симптоматики, поэтому консультация врача-невролога не требовалась. Показаний к госпитализации Джимова Н.Р. не имелось. Выявленный недостаток в виде невыполнения ЭКГ является несущественным, поскольку не оказал какого-либо негативного влияния на оценку состояния Джимова Н.Р. и выбора тактики лечения.

    В медицинской карте пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях ГБУЗ РА «Красногвардейская ЦРБ» № 818153 на имя Джимова Н.Р. имеется единственная запись врача-терапевта от 2 февраля 2022 года, время и место осмотра не указаны, но из заявления Джимова Н.Р. следует, что осмотр проведен в приемном отделении Красногвардейской ЦРБ около 16:50 час. Согласно карте больной на момент осмотра предъявлял жалобы на сильные головные боли, общую слабость, многократную рвоту, тошноту, спутанность сознания. Указано, что пациент пришел без документов, без амбулаторной карты, страдает ГБ около трех лет, постоянно препараты не принимает, ситуационно принимает каптоприл. Осмотр проведен совместно с неврологом, состояние расценено как средней тяжести, отмечены положительные ментальные знаки. Поставлен предварительный диагноз. «<данные изъяты> Учитывая неврологическую симптоматику с положительными симптомами врачом тактически верно рекомендовано и в срочном порядке выполнено КТ головного мозга, в результате которого подтвердилось субанароихнаидальное кровоизлияние. Вызвана санавиация и Джимов Н.Р. в срочном порядке направлен в Адыгейскую республиканскую клиническую больницу.

    Учитывая указанное выше, комиссия экспертов пришла к выводу, что на данном этапе оказания медицинской помощи Джимову Н.Р. ГБУЗ РА» Красногвардейская ЦРБ» имеются недостатки в оформлении медицинской документации в виде отсутствия информации о месте и времени проведения осмотра больного, неполного сбора анамнеза, заболевания и жизни.

    С 24 февраля 2022 года после выписки из стационара Джимов Н.Р. продолжал амбулаторное лечение у врача-невролога в ГБУЗ РА «Красногвардейская ЦРБ» с диагнозом: «<данные изъяты> от 2 февраля 2022 года. Состояние после КПТЧ в правой лобно-височной области, микрохирургического клипирования аневризмы ПсоА от 3 февраля 2022 года». У него сохранились головные боли, отмечалась положительная динамика, в неврологическом статусе выявлялись незначительные координаторные нарушения, двигательных и чувствительных нарушений не имелось. Выполнялось продление листа нетрудоспособности, выписывались рецепты на получение лекарственных препаратов. Последняя запись в медицинской карте по факту продления листа нетрудоспособности с 11 июня 2022 года по 24 июня 2022 года.

    Эксперты указывают, что медицинская помощь Джимову Н.Р. на данном этапе оказывалась своевременно, в полном объеме, соответствует Клиническим рекомендациям Министерства здравоохранения Российской Федерации от 2020 года «Геморрагический инсульт», недостатков в оказании помощи не выявлено.

    Отвечая на вопрос об установлении факта оказания некачественной медицинской помощи, эксперты указали, что неполный сбор жалоб и анамнеза на этапе оказания медицинской помощи Джимову Н.Р. сотрудниками СМП ГБУЗ «Усть-Лабинская ЦРБ» Министерства здравоохранения Краснодарского края 2 февраля 2022 года в 02:24 не может расцениваться как дефект оказания медицинской помощи, так как был указан со слов больного.

    Выявленный на этапе оказания медицинской помощи Джимову Н.Р. в приемном отделении ГБУЗ РФ «Красногвардейская ЦРБ» 2 февраля 2022 года в 15.23 недостаток в виде невыполнения ЭКГ является несущественным, не оказал какого-либо негативного влияния на оценку состояния Джимова Н.Р. и на выбор тактики лечения.

    Тогда как при оказании медицинской помощи Джимову Н.Р. в амбулаторных условиях ГБУЗ РА «Красногвардейская ЦРБ» врачом- терапевтом 2 февраля 2022 года в 15:23 выявлены недостатки в оформлении медицинской документации в виде неполного сбора анамнеза заболевания и жизни, врачом не учтено наличие жалоб на онемение в конечностях, при проведении физикального осмотра не исследовалась функция нервной системы. Учитывая жалобы больного, он нуждался в консультации врача- невролога, но данная консультация врачом не назначена. Данные недостатки привели к отсроченной диагностике геморрагического инсульта субарахноидального кровоизлияния, произошедшего на фоне имевшихся ранее заболеваний - гипертонической болезни с гипертоническим кризом и аневризмы церебральной артерии в области передней соединительной артерии, следовательно, к отсроченной госпитализации Джимова Н.Р. в специализированное отделение.

    При этом, комиссия экспертов указала, что, несмотря на указанные недостатки, специализированная медицинская помощь Джимову Н.Р. в условиях нейрохирургического отделения ГБУЗ РА «Адыгейская республиканская клиническая больница» оказана своевременно, в полном объеме, что позволило сохранить ему жизнь.

    Также эксперты пришли к выводу о том, что даже при своевременной диагностике геморрагического инсульта - субарахноидального кровоизлияния у Джимова Н.Р. произошедшего на фоне имевшихся у него ранее заболеваний в виде гипертонической болезни и аневризмы церебральной артерии, и своевременной госпитализации в специализированное отделение ему требовалось проведение оперативного хирургического вмешательства с клипированием указанной аневризмы, что привело бы к временной нетрудоспособности в течение длительного времени.

    Учитывая изложенное, комиссия экспертов пришла к выводу, что между указанными недостатками в оказании медицинской помощи Джимову Н.Р. и его временной нетрудоспособностью причинно-следственной связи не имеется.

    Частично удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции, с которым согласился Краснодарский краевой суд, оценив представленные сторонами доказательства по правилам статей 56, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями статей 150, 151, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, нормами Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», исходил из того, что согласно выводам экспертов причинно-следственная связь между выявленными недостатками оказания медицинской помощи и необходимостью проведения оперативного вмешательства для устранения субарахноидального кровоизлияния, не установлена, между тем, из содержания заключения медицинской экспертизы усматривается, что эксперты выявлены недостатки оказания медицинской помощи в ГБУЗ «Красногвардейская ЦРБ», пришел к верному выводу о том, что данные обстоятельства независимо от отсутствия причинно-следственной связи между оказанной услугой и оперативным вмешательством, указывают на то, что оказанная медицинская услуга является некачественной.

    Установив, что в результате выявленных дефектов по оказанию медицинских услуг истцу причинен моральный вред, который выразился в его нравственных страданиях по поводу оказания ему ненадлежащей медицинской помощи, суд первой инстанции пришел к выводу, что заявленные требования о компенсации морального вреда с ответчика ГБУЗ РА «Красногвардейская ЦРБ» частично обоснованы.

    При определении размера компенсации морального вреда в сумме 200 000 руб. судом первой инстанции приняты во внимание фактические обстоятельства оказания медицинской помощи, выявленные в результате медицинской помощи недостатки, последствия ненадлежащего оказания медицинской помощи, а также то, что в результате оперативного хирургического вмешательства истцу присвоена 3 группа инвалидности, глубина нравственных страданий истца, требования разумности и справедливости.

    Приходы к выводу об отказе удовлетворения исковых требований о взыскании компенсации морального вреда с ГБУЗ «Усть-Лабинская ЦРБ» в пользу Джимова Н.Р., суд первой инстанции указал, что согласно экспертному заключению № 271/67/2024 от 17 июля 2024 года медицинская помощь Джимову Н.Р. сотрудниками СМП ГБУЗ «Усть-Лабинская ЦРБ» Министерства здравоохранения Краснодарского края 2 февраля 2022 года оказана своевременно, в достаточном объеме, соответствует Порядку оказания скорой, в том числе скорой специализированной медицинской помощи, утвержденному приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 20 июня 2013 года № 388н и Стандарту скорой медицинской помощи при гипертензии, утвержденному приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 5 июля 2016 года № 470н. Показаний к медицинской эвакуации Джимова Н.Р. в стационар не имелось.

    Разрешая требования Джимова Н.Р. о взыскании компенсации морального вреда с министерства здравоохранения Краснодарского края, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что они удовлетворению не подлежат, так как министерство здравоохранения Краснодарского края является органом исполнительной власти, тогда как ГБУЗ «Усть-Лабинская ЦРБ» и ГБУЗ РА «Красногвардейская ЦРБ» являются самостоятельными юридическими лицами, за действия которых министерство не несет материальной ответственности.

    Позиция кассатора об ошибочности выводов судов не основана на положениях норм материального права, в связи с чем не может быть признана состоятельной.

    К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья. Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).

    Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», согласно пункту 1 статьи 2 которого здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

    Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

    В силу статьи 4 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» к основным принципам охраны здоровья граждан относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

    Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

    Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

    В части 21 статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

    Клинические рекомендации - документы, содержащие основанную на научных доказательствах структурированную информацию по вопросам профилактики, диагностики, лечения и реабилитации, в том числе протоколы ведения (протоколы лечения) пациента, варианты медицинского вмешательства и описание последовательности действий медицинского работника с учетом течения заболевания, наличия осложнений и сопутствующих заболеваний, иных факторов, влияющих на результаты оказания медицинской помощи (часть 23).

    Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; на основе клинических рекомендаций; с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

    Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого Федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

    Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

    Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих, в том числе, как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов), так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Оценка качества медицинской помощи осуществляется на основании критериев, формируемым по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи.

    Частью 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

    Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

    В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» приведено определение понятия морального вреда, под которым понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина (абзац 3 пункта 1).

    Обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда.

    Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

    Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (часть 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 12).

    Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции) (пункт 14).

    Причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда (пункт 15).

    Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

    Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований (пункт 25).

    Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26).

    Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (пункт 27).

    Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

    При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода. На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда (пункт 48).

    В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» (статьи 1064-1101) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

    Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (часть 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

    Законодатель, закрепляя право на компенсацию морального вреда, не устанавливает единого метода оценки физических и нравственных страданий, не определяет ни минимальный, ни максимальный размер компенсации, а предоставляет определение размера компенсации суду. В любом случае компенсация морального вреда должна отвечать цели, для достижения которой она установлена законом – компенсировать потерпевшему перенесенные им физические и (или) нравственные страдания.

    При определении размера компенсации морального вреда судом первой инстанции приняты во внимание фактические обстоятельства оказания медицинской помощи, а также то, что в результате оперативного хирургического вмешательства истцу присвоена 3 группа инвалидности, глубина нравственных страданий истца, поскольку указанные обстоятельства повлекли переживания, вызванные возможным повторением такого состояния, частичную утрату трудоспособности, и как следствие, потерю работы, требования разумности и справедливости.

    Определенная судом первой инстанции сумма компенсации причиненного истцу вреда, что признал справедливым Краснодарский краевой суд, такой цели отвечает.

    Вопреки позиции кассатора судами справедливо установлено, что наличие дефектов в оказании медицинской помощи истцу не повлияло на выбранное в дальнейшем оперативное лечение Джимову Н.Р. в условиях нейрохирургического отделения ГБУЗ РА «Адыгейская республиканская клиническая больница». В частности, учтено мнение экспертов, что даже при своевременной диагностике геморрагического инсульта - субарахноидального кровоизлияния у Джимова Н.Р. произошедшего на фоне имевшихся у него ранее заболеваний в виде гипертонической болезни и аневризмы церебральной артерии, и своевременной госпитализации в специализированное отделение ему требовалось проведение оперативного хирургического вмешательства с клипированием указанной аневризмы, что привело бы к временной нетрудоспособности в течение длительного времени.

    В данной связи ссылка кассатора на временную нетрудоспособности, получение инвалидности 3 группы не связано с некачественным оказанием медицинской помощи ответчиком, является следствием хронического заболевания.

    Стороной истца, указанные обстоятельства в рамках рассмотрения дела не опровергнуты.

    Доводы кассатора о наличии оснований для взыскания компенсации морального вреда с ГБУЗ «Усть-Лабинская ЦРБ» обоснованно признаны судами несостоятельными, поскольку экспертным заключением № 271/67/2024 от 17 июля 2024 года установлено, что медицинская помощь Джимову Н.Р. сотрудниками СМП ГБУЗ «Усть-Лабинская ЦРБ» Министерства здравоохранения Краснодарского края 2 февраля 2022 года оказана своевременно, в достаточном объеме, соответствует Порядку оказания скорой, в том числе скорой специализированной медицинской помощи, утвержденному приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 20 июня 2013 года № 388н и Стандарту скорой медицинской помощи при гипертензии, утвержденному приказом министерства здравоохранения Российской Федерации от 5 июля 2016 года № 470н. Показаний к медицинской эвакуации Джимова Н.Р. в стационар не имелось. Неполный сбор жалоб и анамнеза не может расцениваться как дефект оказания медицинской помощи, так как был указан со слов больного.

    Четвертый кассационный суд общей юрисдикции также соглашается с позицией судов относительно отсутствия оснований для взыскания компенсации морального вреда с министерства здравоохранения Краснодарского края, так как министерство здравоохранения Краснодарского края является органом исполнительной власти, тогда как ГБУЗ «Усть-Лабинская ЦРБ» и ГБУЗ РА «Красногвардейская ЦРБ» являются самостоятельными юридическими лицами.

    В остальной части, доводы кассационной жалобы дублируют позицию истца в судах первой и апелляционной инстанций, получили надлежащую юридическую квалификации в соответствии с исследованными материалами дела, оснований для их повторного анализа не имеется. Изложение заявителем своего представления о фактической стороне дела и толкования закона не является основанием для отмены судебных актов.

    Выводы судов нижестоящих инстанций согласуются с установленными обстоятельствами дела, характером возникших правоотношений и примененными нормами материального права, регулирующих спор, с соблюдением положений процессуального закона.

    Производство в суде кассационной инстанции предназначено для проверки законности вступивших в законную силу судебных постановлений, установления правильности применения и толкования норм материального права и норм процессуального права судебными инстанциями в ходе предшествующего рассмотрения дела (статьи 379.6, 390.13 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Правильность применения и толкования норм материального права и норм процессуального права определяется кассационным судом общей юрисдикции исходя из оснований для отмены или изменения судебных постановлений, установленных статьей 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (пункты 1, 34 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 июня 2021 года № 17 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регулирующих производство в суде кассационной инстанции»).

    Таких нарушений норм права, дающих основания для удовлетворения кассационной жалобы и отмены обжалуемых судебных постановлений, не имеется.

    Руководствуясь статьями 390, 390.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Первомайского районного суда г. Краснодара от 15 января 2025 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 20 мая 2025 года оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Мотивированный текст кассационного определения изготовлен 17 ноября 2025 года.

Председательствующий                        И.И. Мотина

Судьи                                    Е.К. Фрид

                                        Е.В. Якубовская

ЧЕТВЕРТЫЙ КАССАЦИОННЫЙ СУД

ОБЩЕЙ ЮРИСДИКЦИИ

УИД №    23RS0040-01-2022-004351-64

Дело № 88-26034/2025

№ дела суда 1-й инстанции 2-1/2025

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

(Резолютивная часть)

г. Краснодар                                   12 ноября 2025 года

Судебная коллегия по гражданским делам Четвертого кассационного суда общей юрисдикции в составе:

председательствующего Мотиной И.И.,

судей Фрид Е.К., Якубовской Е.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Джимова Нальбия Рамазановича к министерству здравоохранения Краснодарского края, ГБУЗ «Усть-Лабинская ЦРБ» министерства здравоохранения Краснодарского края, ГБУЗ РА Красногвардейская ЦРБ о взыскании компенсации морального вреда

по кассационной жалобе представителя истца Джимова Нальбия Рамазановича по доверенности Федорова В.И. на решение Первомайского районного суда г. Краснодара от 15 января 2025 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 20 мая 2025 года.

Заслушав доклад судьи Фрид Е.К., выслушав мнение представителя Джимова Н.Р. по доверенности Чернышука Н.В., поддержавшего доводы кассационной жалобы, представителя ГБУЗ «Усть-Лабинская ЦРБ» министерства здравоохранения Краснодарского края по доверенности Резиной К.А., возражавшей против удовлетворения требований кассационной жалобы, заключение старшего прокурора отдела управления Главного управления Генеральной прокуратуры Российской Федерации Пономаревой П.Г., полагавшей судебные постановления подлежащими оставлению без изменения, руководствуясь статьями 390, 390.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Первомайского районного суда г. Краснодара от 15 января 2025 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 20 мая 2025 года оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Председательствующий                        И.И. Мотина

Судьи                                    Е.К. Фрид

                                        Е.В. Якубовская