ФИО2 КАССАЦИОННЫЙ СУД

ОБЩЕЙ ЮРИСДИКЦИИ

дело №

КАССАЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

ДД.ММ.ГГГГ                                                                             <адрес>

Четвёртый кассационный суд общей юрисдикции в составе председательствующего ФИО35, при ведении протокола судебного заседания секретарём ФИО4, рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по кассационному представлению заместителя прокурора <адрес> ФИО5 о пересмотре приговора Ворошиловского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ и апелляционного постановления Ростовского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которым

    ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, несудимый,

    признан невиновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1.1 ст. 293 УК РФ и оправдан на основании п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ, в связи с отсутствием в деянии состава преступления.

    В соответствии с ч. 1 ст. 134 УПК РФ постановлено признать за оправданным ФИО1 право на реабилитацию и разъяснить ему порядок возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием.

    Мера пресечения в отношении ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении отменена.

    В соответствии с требованиями ст. 306 УПК РФ уголовное дело направлено руководителю второго отдела по расследованию особо важных дел следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по <адрес> для производства предварительного расследования и установления лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого.

    Приговором разрешен вопрос о судьбе вещественных доказательств.

    В апелляционном порядке приговор оставлен без изменения.

В кассационном представлении заместитель прокурора <адрес> ФИО6 выражает несогласие с приговором и апелляционным постановлением, считая их незаконными и необоснованными ввиду существенных нарушений уголовного закона, повлиявших на исход дела.

Обосновывая доводы кассационного представления, прокурор указал, что ФИО1 являясь главой администрации <адрес> не исполнил надлежащим образом свои должностные обязанности, в результате чего произошло обрушение части здания, повлекшее разрушение имущества, создание реальной угрозы жизни и здоровью более чем № граждан и причинение им прямого ущерба на сумму свыше № рублей. Приведя собственный анализ действующего уголовно-процессуального законодательства и сложившейся судебной практики, указал, что судом по делу исследованы и тщательно проанализированы как в отдельности, так и в совокупности все собранные доказательства, им дана надлежащая оценка, имеющиеся противоречия выяснены и оценены, однако, несмотря на это, суд вынес оправдательный приговор, не приведя основания оправдания подсудимого и доказательства, их подтверждающие, а также мотивы, по которым суд отверг доказательства, представленные стороной обвинения. Считает выводы суда об отсутствии причинной связи бездействия главы администрации района с обрушением здания и причинением имущественного вреда. Обращает внимание, что в № констатирован факт возможного обрушения данного многоквартирного дома, реальной угрозы жизни и здоровья граждан, потери их имущества. При указанных обстоятельствах ФИО1 при наличии широкого спектра полномочий и возможностей, на протяжении более трех лет, не предпринял реальных мер к обеспечению безопасности более чем № граждан, что проигнорировано судом при постановлении оправдательного приговора. Приведя собственный анализ исследованных судом доказательств, указал, что доводы об отсутствии у ФИО1 надлежащих полномочий не только опровергается материалами дела, но и прямо противоречит совокупности нормативных и локальных актов, регулирующих полномочия главы районной администрации. Утверждает, что ФИО1 как глава района был обязан обеспечивать и контролировать предоставление в установленном порядке муниципальных жилых помещений, однако не предпринял действенных мер к организации этой работы, что в условиях угрозы жизни, здоровью и имуществу граждан, могло способствовать ликвидации данной опасности. Указал, что ФИО1 с момента вступления в силу Постановления № от ДД.ММ.ГГГГ не инициировал мероприятия по переселению жильцов, не направлял обращения о выделении резервных помещений, не обеспечил контроль за действиями ФИО37». Считает, что в материалах дела имеются достаточные доказательства о том, что ФИО1 должен был и мог предвидеть наступление негативных последствий, однако сознательно уклонился от исполнения своих обязательств по их предотвращению. Указал, что прямая обязанность ФИО1 по предотвращению наступивших последствий, вопреки выводам суда, предусмотрена как федеральными, так и локальными нормативными актами. Указал, что суд принял реабилитирующее решение в отношении ФИО1 без учета всех обстоятельств дела. Суд апелляционной инстанции, рассмотрев представление государственного обвинителя и отказав в его удовлетворении, изложил общие выводы о законности и обоснованности приговора, основанные лишь на согласии с той оценкой доказательствам, которая дана судом первой инстанции, безотносительно содержания и сути позиции стороны обвинения. Просит приговор и апелляционное постановление в отношении ФИО1 отменить, уголовное дело передать на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В возражениях на кассационное представление прокурора оправданный ФИО1, а также его защитники ФИО7, ФИО8 выразили несогласие с доводами прокурора, приведенными в кассационном представлении, просят оставить его без удовлетворения, а приговор и апелляционное постановление в отношении ФИО1 оставить без изменения.

Заслушав доклад судьи ФИО35, выступление прокурора ФИО9 в поддержку доводов кассационного представления, а также мнения ФИО1 и адвокатов ФИО7, ФИО8, возражавших против удовлетворения кассационного представления, мнение представителя потерпевших ФИО10 и потерпевших ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19, суд

установил:

согласно приговору, ФИО1 признан невиновным в халатности, то есть неисполнении и ненадлежащем исполнении должностным лицом своих обязанностей вследствие недобросовестного и небрежного отношения к службе и обязанностей по должности, повлекшем причинение особо крупного ущерба и существенного нарушения прав и законных интересов граждан и охраняемых законом интересов общества и государства, совершенной в период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ по месту своей работы.

По смыслу ст. 4011 УПК РФ во взаимосвязи с ч. 1 ст. 40116 УПК РФ при рассмотрении кассационных жалоб суд кассационной инстанции проверяет законность приговора, постановления или определения суда, вступивших в законную силу, то есть правильность применения норм уголовного и уголовно-процессуального закона.

В силу ч. 1 ст. 40115 УПК РФ основаниями отмены или изменения приговора, определения или постановления суда при рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела.

По данному делу допущены существенные нарушения закона.

На основании ч. 2 ст. 302 УПК РФ оправдательный приговор постановляется в случае, если в деянии подсудимого отсутствует состав преступления. Обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств.

Изучением материалов уголовного дела, послуживших основанием для принятия оспариваемых судебных решений установлено, что Органом предварительного следствия ФИО1 обвинялся в том, что он, являясь главой администрации <адрес> в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ надлежащим образом не исполнял свои должностные обязанности, что выразилось в систематическом и устойчивом бездействии в отношении признанного аварийным многоквартирного <адрес> в <адрес>. Несмотря на то, что дом признан аварийным и подлежащим сносу в № году, ФИО1 в нарушение постановления главы администрации <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ №, а также действующих норм законодательства о технической эксплуатации жилья и предупреждении чрезвычайных ситуаций, не обеспечил реализацию комплекса неотложных мероприятий, не организовал надлежащий мониторинг состояния здания, не принял мер по переселению жильцов, не вынес на рассмотрение ФИО38 вопрос о введении режима повышенной готовности либо чрезвычайной ситуации, в результате чего ДД.ММ.ГГГГ произошло обрушение части здания, повлекшее разрушение имущества, создание реальной угрозы жизни и здоровью более чем 250 граждан и причинение им прямого ущерба на сумму свыше №

Действия ФИО1 органом предварительного следствия были квалифицированы по ч. 1.1 ст. 293 УК РФ как халатность, то есть неисполнение и ненадлежащее исполнение должностным лицом своих обязанностей вследствие недобросовестного и небрежного отношения к службе и обязанностей по должности, повлекшее причинение особо крупного ущерба и существенного нарушения прав и законных интересов граждан и охраняемых законом интересов общества и государства.

В соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 305 УПК РФ в описательно-мотивировочной части оправдательного приговора излагается существо предъявленного обвинения, обстоятельства дела, установленные судом, приводятся основания оправдания подсудимого и доказательства их подтверждающие.

В соответствии с п. 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О судебном приговоре», в описательно-мотивировочной части приговора, исходя из положений пунктов 3, 4 ч. 1 ст. 305 УПК РФ, надлежит дать оценку всем исследованным в судебном заседании доказательствам, как уличающим, так и оправдывающим подсудимого. При этом излагаются доказательства, на которых основаны выводы суда по вопросам, разрешаемым при постановлении приговора, и приводятся мотивы, по которым те или иные доказательства отвергнуты судом. Если какие-либо из исследованных доказательств суд признает не имеющими отношения к делу, то указание об этом должно содержаться в приговоре.

Как следует из приговора, изложив существо предъявленного ФИО1 обвинения, суд первой инстанции не привел в приговоре обстоятельства, фактически установленные в судебном заседании, касающиеся самого события.

Так же, суд не привел в оправдательном приговоре какими доказательствами данное обвинение опровергается.

Суд пришел к выводу о правомерности действий ФИО1, указав он не имел полномочий по организации мониторинга технического состояния здания, а меры по реализации программы переселения относились к компетенции городского уровня в лице департамента координации строительства и перспективного развития <адрес>. По мнению суда, последствия, выразившиеся в обрушении здания и причинении имущественного вреда, не находились в причинной связи с бездействием главы администрации района.

Согласно установленным судом обстоятельствам в № года ФИО39» на основании договора с ФИО40», осуществляющим в указанный период времени управление многоквартирным домом по <адрес>, проведено его обследование с целью определения фактического состояния строительных конструкций здания, по итогам которого подготовлено техническое заключение от ДД.ММ.ГГГГ №. В соответствии с его выводами в связи с большим физическим износом (№) в процессе эксплуатации (более № лет), а также в результате просадочных явлений грунтов основания, здание находится в аварийном состоянии и представляет угрозу для жизни и здоровья людей. Состояние основных строительных несущих конструкций многоквартирного дома, регулярное замачивание грунтов основания фундаментов, в том числе сточными водами, протекающие водонесущие и канализационные стояки ускоряют процесс разрушения строения.

Ввиду результатов указанного исследования ФИО41 <адрес> ДД.ММ.ГГГГ обратилось в комиссию для оценки жилых помещений жилищного фонда многоквартирных домов с заявлением о признании многоквартирного дома непригодным для проживания.

Заключением комиссии от ДД.ММ.ГГГГ № выявлены основания для признания многоквартирного дома по <адрес> аварийным и подлежащим сносу. Из содержания заключения следует, что выявленные дефекты и повреждения, указывающие на аварийное техническое состояние несущих строительных конструкций, свидетельствуют о снижении до недопустимого уровня надежности здания, об исчерпании данными элементами запаса прочности и устойчивости строительных конструкций и оснований, как следствие возможном обрушении данных конструкций, что создает угрозу жизни и здоровья граждан; восстановление в данном случае строительных конструкций дома, исчерпавших запас прочности, экономически нецелесообразно.

Выводы данного заключения послужили основанием для вынесения главой администрации <адрес> постановления от ДД.ММ.ГГГГ № о признании многоквартирного дома аварийным и подлежащим сносу.

Таким образом, как следует из материалов уголовного дела, в № года констатирован факт возможного обрушения данного многоквартирного дома, реальной угрозы жизни и здоровья граждан, потери их имущества.

Указанные обстоятельства также подтвердил допрошенный в ходе судебного следствия генеральный директор ФИО42» ФИО20, который пояснил, что угроза обрушения дома имелась, его надо было срочно расселять. На момент подготовки заключения необходимо было прекратить эксплуатацию этого дома, что было понятно из его однозначных выводов - домовладение угрожает жизни и здоровью людей.

Судом не дана оценка тем обстоятельствам, что в условиях, создающих реальную угрозу жизни и здоровью более чем № граждан, глава администрации <адрес> ФИО1, как установлено органами предварительного следствия, имея для того полномочия и возможности, не предпринял никаких реальных мер к обеспечению их безопасности на протяжении более 3 лет, ограничившись формальным, ненадлежащим и несвоевременным выполнением данных ему поручений администрацией <адрес> и ее структурными подразделениями, а также своих должностных обязанностей.

Из материалов уголовного дела следует, что в соответствии с Уставом <адрес>, Положением об администрации <адрес>, должностной инструкцией глава администрации <адрес> осуществляет городское самоуправление в районе, при этом администрация района является территориальным органом администрации <адрес>. Глава администрации района осуществляет руководство деятельностью администрации района на основе единоначалия и несет персональную ответственность за результаты её деятельности. Согласно должностной инструкции главы администрации <адрес>, в круг его обязанностей также входило обеспечение и контроль организации эксплуатации муниципального жилищного фонда на территории района, организация контроля за эксплуатацией и ремонтными работами в жилых помещениях муниципальной собственности, обеспечение и контроль предоставления в установленном порядке муниципальных жилых помещений.

Таким образом, доводы суда первой инстанции об отсутствии у ФИО1 надлежащих полномочий опровергаются материалами дела, а также противоречат совокупности нормативных и локальных актов, регулирующих полномочия главы районной администрации.

Так, в соответствии с п. 3.1 ст. 95 Жилищного кодекса Российской Федерации жилые помещения маневренного фонда предназначены для временного проживания граждан, у которых жилые помещения стали непригодными для проживания, в том числе в результате признания многоквартирного дома аварийным и подлежащим сносу или реконструкции.

Согласно Положению «О регулировании жилищных отношений на территории <адрес>», принятого Решением Ростовской-на-Дону городской Думы от ДД.ММ.ГГГГ №, для предоставления помещения маневренного фонда гражданин подает заявление в администрацию района, в котором он зарегистрирован по месту жительства.

Согласно протоколу совещания по вопросу «О расселении аварийного жилищного фонда на территории <адрес>», состоявшегося ДД.ММ.ГГГГ при главе администрации <адрес>, всем главам районов поручено обеспечить уведомление граждан, проживающих в многоквартирных домах, признанных аварийными, о возможности переселения в жилые помещения маневренного фонда и предоставить копии уведомлений в департамент координации строительства и перспективного развития <адрес>.

Из показаний свидетеля ФИО21, работавшего директором <адрес> <адрес>», данных в судебном заседании следует, что в период с № год имелось достаточное количество жилых помещений маневренного фонда, в который можно было переселить жильцов дома, не имевших иного жилья.

Вместе с тем, как установлено стороной обвинения и осталось без оценки суда, ФИО1, обязанный в силу должностной инструкции обеспечить и контролировать предоставление в установленном порядке муниципальных жилых помещений, не предпринял действенных мер к организации этой работы, о чем в частности свидетельствует исследованное судом уведомление от ДД.ММ.ГГГГ о признании дома аварийным и подлежащим сносу, представленное потерпевшей ФИО22, в котором нет упоминания о наличии возможности переселения граждан в жилые помещения маневренного фонда. Указанные обстоятельства также подтверждают показания потерпевших ФИО23, ФИО24, ФИО25, ФИО26, ФИО22, ФИО27, ФИО28, ФИО29, ФИО30, ФИО31, ФИО11, ФИО32 и других, согласно которым информация о возможности расселения в маневренный фонд до них не доводилась.

Суд первой инстанции указанные показания потерпевших проигнорировал, указав об исполнении ФИО1 обязанностей в этой части.

В приговоре суда не усматривается выводов, опровергающих утверждения стороны обвинения о возможности ликвидации опасности жизни, здоровью и имуществу граждан в случае выполнения указанных действий, входящих в компетенцию ФИО1

Судом в приговоре приведено утверждение о том, что переселение жильцов в маневренный фонд привело бы к их длительному проживанию в жилых помещениях, изначально для этого не предназначенных, что, по его мнению, и повлекло нежелание абсолютного большинства жильцов многоквартирного дома воспользоваться правом на предоставление маневренного фонда. В указанных выводах суда игнорируется установленный факт реальной угрозы жизни, здоровью и имуществу граждан в случае обрушения признанного аварийным и опасным для проживания многоквартирного жилого дома.

Так, в приговоре не усматривается выводов суда по утверждениям стороны обвинения в части бездействия на протяжении длительного времени администрации района, сотрудники которой не довели до всех жителей дома критически важную информацию о реальной угрозе возможного обрушения дома, в связи с чем при отсутствии иного жилья предоставление жилых помещений маневренного фонда является временной, но необходимой мерой безопасности, которой следует воспользоваться.

При этом, как установлено судом, из всех жильцов правом на переселение в жилье маневренного фонда до обрушения дома воспользовалась лишь одна семья, что косвенно подтверждает выводы стороны обвинения о формальной организации этой работы главой администрации района. Судом указанному обстоятельству оценка также не дана.

Постановлением главы администрации <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ № (Далее Постановление №) предусмотрен ряд обязанностей, которые ФИО1 в установленные сроки надлежащим образом не исполнил (в течение 30 дней со дня принятия постановления обеспечить уведомление нанимателей жилых помещений, занимаемых по договорам социального найма, о переселении, признании дома аварийным и подлежащим сносу).

Органами предварительного следствия и судом установлено, что ФИО1 с момента вступления в силу Постановления № не инициировал мероприятия по переселению жильцов, не направлял обращения о выделении резервных помещений, не обеспечил контроль за действиями ФИО43», в функции которого входило исполнение решений администрации, не выносил на заседания ФИО44 вопрос о введении режима ЧС или предупреждения угрозы, игнорировал обращения граждан (включая более 35 письменных заявлений и коллективных обращений инициативной группы жильцов), в которых содержались прямые указания на ухудшение состояния здания. Однако, суд не привел в приговоре выводы о причинной связи указанного бездействия ФИО1 и причинением имущественного вреда.

Суд в приговоре указал на отсутствие умысла в действиях главы администрации района ФИО1 на совершение инкриминированного преступления, однако, учитывая, что форма вины в составе преступления, инкриминированного ФИО1 является неосторожной, установление прямого умысла не требуется. Как утверждает государственный обвинитель, ФИО1 должен был и мог предвидеть наступление негативных последствий, однако сознательно уклонился от исполнения своих обязательств по их предотвращению. При этом информация о критическом состоянии здания неоднократно поступала как в администрацию района, так и лично ФИО1, что подтверждается подписями на входящих документах, а также показаниями свидетелей ФИО14, ФИО29, передавших соответствующие обращения лично либо на официальных встречах с администрацией района.

Также судом в приговоре указано, что причинная связь между бездействием ФИО1 и обрушением части здания не установлена. Однако данный вывод суда противоречит установленным в судебном заседании фактическим обстоятельствам, согласно которым обрушение здания произошло спустя более трёх лет с момента признания ФИО45 аварийным, при отсутствии каких-либо действенных мер по эвакуации и переселению жителей, уведомления о реагирования и без обеспечения граждан иным жилым помещением.

Судом проигнорирован довод стороны обвинения, что за полгода до обрушения в адрес районной администрации поступили официальные обращения жильцов с указанием на появление новых трещин, осадку конструкции, прогиб несущих стен, однако какого-либо комиссионного обследования организовано не было. <адрес> и ФИО46» не проводился мониторинг состояния строительных конструкций, несмотря на обязанность, закреплёФИО3 в № (утратил силу в № года).

В соответствии с п. 42 Правил содержания общего имущества в многоквартирном доме и правил изменения размера платы за содержание жилого помещения в случае оказания услуг и выполнения работ по управлению, содержанию и ремонту общего имущества в многоквартирном доме ненадлежащего качества и (или) с перерывами, превышающими установленную продолжительность, утвержденных постановлением Правительства РФ от ДД.ММ.ГГГГ №, управляющие организации и лица, оказывающие услуги и выполняющие работы при непосредственном управлении многоквартирным домом, отвечают перед собственниками помещений за нарушение своих обязательств и несут ответственность за надлежащее содержание общего имущества в соответствии с законодательством Российской Федерации и договором.

С момента признания дома аварийным (№) районная администрация как орган, ответственный за надлежащее содержание муниципального жилого фонда, через подведомственные ФИО50 и управляющие организации обязана была организовать регулярный мониторинг состояния здания, обладая информацией о состоянии дома, должна была инициировать обследование и оценку динамики повреждений, однако сведений о выполнении указанных мероприятий материалы дела не содержат, а оценка данному обстоятельству судом не дана.

Указанные доводы стороны обвинения подтверждаются письмом ФИО48» <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, направленное в адрес ФИО47 о необходимости установления маячков слежения за динамикой раскрытия трещин несущих конструкций многоквартирного дома. Судом при принятии обжалуемого решения не опровергнуты доводы стороны обвинения о наличии обязанности по организации этой работы как у ФИО49 <адрес>, так и у курирующей ее деятельность администрации <адрес>, которая являлась собственником муниципального жилого фонда в этом доме.

Изучением материалов уголовного дела установлено, что вывод суда о «самопроизвольном характере разрушения» без должной оценки всех предшествующих и сопутствующих факторов является преждевременным.

Выводы суда не содержат сведений об отсутствии прямой обязанности у ФИО1 по предотвращению наступивших последствий и опровергаются как федеральными, так и локальными нормативными актами, в том числе п. 2.1 Постановления главы администрации <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ № - возложение обязанности на районную администрацию по переселению граждан из аварийного жилищного фонда; ст. ст. 16, 11 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 68-ФЗ «О защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера»; ФИО36 №; устав муниципального образования и должностная инструкция главы районной администрации.

В оправдательном приговоре суд не привел доказательств, опровергающих то обстоятельство, что ФИО1 в течение трёх лет, при наличии правовых оснований, технических заключений и обращений граждан, не инициировал процесс эвакуации, переселение, а также мониторинг состояния объекта.

В приговоре отсутствует надлежащая оценка представленных стороной обвинения доказательств, в том числе показаний потерпевших и свидетелей, указавших на отсутствие реакции со стороны районной администрации, письменных доказательств, входящей корреспонденции, проектов служебных записок, поступивших в канцелярию главы администрации района, отчётов специалистов, зафиксировавших разрушение конструкций здания.

В соответствии с требованиями Жилищного кодекса РФ до момента предоставления полного пакета документов администрацией района либо ФИО51 <адрес> администрация <адрес> была лишена возможности изъятия земельного участка. Так, администрация <адрес> вправе осуществить изъятие каждого жилого помещения в доме путем выкупа и фактически расселения жильцов дома (Обзор судебной практики Верховного суда РФ № от ДД.ММ.ГГГГ). Дом был признан аварийным ДД.ММ.ГГГГ, в течение 6 месяцев собственниками не осуществлен снос дома, в связи с чем администрация района либо ФИО52 <адрес> должны были передать в администрацию города пакет документов для изъятия земельного участка. Только после указанных процедур администрация <адрес> имела возможность изъять земельный участок и включить дом в программу расселения.

Перечисленные обстоятельства изложены в показаниях допрошенных в судебном заседании свидетелей ФИО33, ФИО34, а также имеются в документах, приобщенных стороной обвинения в ходе судебного следствия, но судом не опровергнуты.

Таким образом, суд принял реабилитирующее решение в отношении ФИО1 без учета всех фактических обстоятельств дела.

Указанное стало возможным ввиду надлежащей оценки судом, в нарушение требований ст. ст. 17, 87, 88 УПК РФ, всей совокупности доказательств и каждому из них по отдельности.

В этой связи вывод суда о непричастности ФИО1 к совершению инкриминированных действий, указанных судебных решений является преждевременным.

На основании ст. 389.9 УПК РФ суд апелляционной инстанции проверяет по апелляционным жалобам, представлениям законность, обоснованность и справедливость приговора суда первой инстанции, при этом, по смыслу закона, проверка законности приговора предусматривает проверку правильности применения судом норм уголовного закона, а проверка обоснованности приговора означает проверку соответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам, установленным по делу и проверенным в ходе судебного разбирательства.

Рассмотрев представление государственного обвинителя и отказав в его удовлетворении, суд апелляционной инстанции в описательно-мотивировочной части своего решения изложил общие выводы о законности и обоснованности приговора, основанные лишь на согласии с той оценкой доказательствам, которая дана судом первой инстанции, безотносительно содержания и сути позиции стороны обвинения.

Предусмотренный ст. 4016 УПК РФ годичный срок, в течение которого допускается отмена в кассационном порядке состоявшихся судебных решений по основаниям, влекущим ухудшение положения осуждёФИО3, оправданного или лица, в отношении которого прекращено уголовное дело, не истёк, поскольку обжалуемый приговор вступил в законную силу ДД.ММ.ГГГГ.

Принимая во внимание, что перечисленные существенные нарушения уголовного и уголовно-процессуального закона, допущенные при рассмотрении уголовного дела в отношении ФИО1 не могли не повлиять на исход дела, суд считает необходимым приговор и апелляционное постановление отменить и передать уголовное дело в отношении ФИО1 на новое судебное разбирательство со стадии подготовки к судебному заседанию в тот же суд первой инстанции, но иным составом суда.

Исходя из установленных по делу обстоятельств, с учётом данных о личности ФИО1, а также требований ст. 97-99 УПК РФ, суд кассационной инстанции полагает возможным избирать в отношении него меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 108, 40114, 40115 УПК РФ, суд

постановил:

приговор Ворошиловского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ и апелляционное постановление Ростовского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 отменить.

Передать уголовное дело в отношении ФИО1 на новое судебное разбирательство в тот же суд первой инстанции со стадии подготовки к судебному заседанию, но иным составом суда.

Избрать в отношении ФИО1 меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Кассационное постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в порядке, предусмотренном гл. 471 УПК РФ.

Председательствующий                                                                       ФИО35