ЧЕТВЕРТЫЙ КАССАЦИОННЫЙ СУД

ОБЩЕЙ ЮРИСДИКЦИИ

№ 77-3370/2025

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Краснодар 11 декабря 2025 года

Судебная коллегия по уголовным делам Четвертого кассационного суда общей юрисдикции в составе:

председательствующего Крюкова А.А.,

судей Шаталова Н.Н., Бетрозовой Н.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Хохловой Д.П.,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу осужденного Преснякова Е.С. на приговор Раздольненского районного суда Республики Крым от 16.04.2025 и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Крым от 02.07.2025,

заслушав доклад судьи Крюкова А.А., выступления осужденного
Преснякова Е.С. и его защитника-адвоката Лычкова Р.В., поддержавших доводы кассационной жалобы, заключение прокурора Некоз С.М.,

установила:

приговором Пресняков Евгений Сергеевич, <данные изъяты>, осужден по ч. 1 ст. 118 УК РФ к штрафу в размере 70000 рублей.

В соответствии с ч. 5 ст. 72 УК РФ с учетом времени содержания под стражей с 18.04.2024 по 08.05.2024 и нахождения под домашним арестом с 08.05.2024 по 27.08.2024 полностью освобожден от назначенного наказания.

Пресняков признан виновным и осужден за причинение тяжкого вреда здоровью по неосторожности потерпевшему ФИО8 при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

Апелляционным определением приговор оставлен без изменения.

В кассационной жалобе осужденный Пресняков выражает несогласие с вынесенными судебными решениями, просит их отменить, уголовное дело прекратить на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием в деянии состава преступления, признать за ним право на реабилитацию.

Полагает, что выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, неправильно применен уголовный закон, приговор не соответствует требованиям ст. 297 УПК РФ.

В обоснование доводов указывает, что нарушена ведомственная подследственность расследования дела, поскольку считает, что в соответствии с подп. «в» ч. 2 ст. 151 УПК РФ предварительное расследование преступлений, совершенных должностными лицами ОВД РФ производится следователями СК РФ

При этом, в момент совершения преступления он являлся <данные изъяты>, находился не при исполнении своих должностных обязанностей и не в связи с их исполнением.

В связи с чем полагает, что расследование уголовного дела в отношении него должно было производиться следователями ОВД РФ, в данном случае прокурор должен был вынести мотивированное постановление об определении подследственности, а отсутствие такового повлекло составление обвинительного заключения с нарушением требований уголовно-процессуального закона, все доказательства являются недопустимыми, что, в свою очередь, влечет признание оспариваемых судебных решений незаконными и приходит к выводу о необходимости постановления по делу оправдательного приговора.

Также заявляет, что следователем осуществлена фальсификация доказательств, а именно в постановлении о возбуждении уголовного дела в материалах дела и его копии, приложенной в обоснование ходатайства об избрании меры пресечения, указаны разные даты его вынесения и время, что влечет сомнение в законности возбуждения уголовного дела.

Считает, что механизм образования телесного повреждения у потерпевшего не соответствует механизму образования, указанному как им, так и свидетелями обвинения.

Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ винтообразные переломы нижней трети диафиза правой большеберцовой кости, верхней трети диафиза правой малоберцовой кости образовались одномоментно в результате аддукционного вращения тела к условному центру, при фиксированной правой стопе. В момент образования переломов правая стопа ФИО8 находилась в фиксированном положении (не двигалась) и в этот момент происходило резкое вращение тела и правой нижней конечности к условному центру, то есть против часовой стрелки (справа налево).

Механизм образования винтообразных переломов нижней трети диафиза правой большеберцовой кости и верхней трети диафиза правой малоберцовой кости не соответствует механизму, указанному ФИО8 в ходе осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ. Потерпевший ФИО8 как на стадии предварительного, так и на стадии судебного следствия указывал, что он упал не навзничь, а на левый бок и что вращение его тела было осуществлено слева на право, то есть по часовой стрелке. В виду чего считает данное доказательство противоречивым.

Показания потерпевшего ФИО8 опровергаются вышеназванным заключением эксперта, а также показаниями эксперта ФИО15.

Выражает свое несогласие с показаниями свидетелей ФИО16 и ФИО17, которые не смогли показать механизм образования телесных повреждений, так как его не видели, меняли свои показания.

Утверждает, что судом первой инстанции нарушен предусмотренный ст. 14 УПК РФ принцип уголовного судопроизводства - презумпция невиновности, согласно которой все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном УПК РФ, толкуются в пользу обвиняемого, а обвинительный приговор не может быть основан на предположениях.

Указывает, что стороной обвинения, вопреки ч. 2 ст. 14 УПК РФ, не опровергнуты его доводы, что телесные повреждения потерпевший ФИО8 получил в результате собственной неосторожности.

Полагает, что показания свидетелей защиты ФИО19, ФИО20 и ФИО21 вместе с его показаниями в полной мере опровергают обвинение и соответствуют механизму образования телесных повреждений у потерпевшего ФИО8 именно в результате собственной неосторожности при падении.

Доказательства, на которые ссылается сторона защиты, оценены судом первой инстанции как доказательства виновности автора жалобы без учета положений ст. 87 УПК РФ, где указано, что проверка доказательств производится судом путем сопоставления их с другими доказательствами, имеющимися в уголовном деле, а также требований
ст. ст. 307, 389.31 УПК РФ.

Обращает внимание, что свидетель ФИО19 является единственным лицом, чьи показания соответствуют механизму образования телесных повреждений у потерпевшего ФИО8.

Выражает несогласие с выводом суда о том, что он в момент совершения инкриминируемого преступления находился в состоянии алкогольного опьянения, отмечает, что согласно освидетельствованию, признаков алкогольного опьянения у него выявлено не было.

Ходатайство стороны защиты об исключении доказательств, полученных с нарушением требований закона, рассмотрено не было, мотивированное решение по нему не принято, что повлекло нарушение права на защиту.

Суд апелляционной инстанции его доводы проверил формально, допущенные нарушения не устранил, в связи с чем апелляционное определение также является незаконным, не обоснованным и подлежит отмене.

В возражениях на кассационную жалобу потерпевший ФИО8 и прокурор Раздольненского района Республики Крым, приводя аргументацию, просят судебные решения оставить без изменения, кассационную жалобу осужденного – без удовлетворения.

Изучив доводы кассационной жалобы и возражений на нее, материалы уголовного дела, заслушав стороны, судебная коллегия приходит к следующему.

Постановленный в отношении Преснякова приговор соответствует требованиям ст.304, 307 - 309 УПК РФ, во исполнение которых в нем дана надлежащая правовая оценка всем исследованным по делу доказательствам, как в отдельности, так и в совокупности, указано, какие из них суд положил в основу приговора, а какие отверг, приведены убедительные аргументы принятых решений по всем возникающим в ходе судебного разбирательства вопросам, в связи с чем утверждение автора жалобы об обратном, является необоснованным.

Представленные сторонами доказательства исследованы судом в полном объеме с учетом достаточности собранной и проверенной по делу совокупности доказательств, а заявленные ими ходатайства разрешены в установленном законом порядке, с принятием по ним мотивированных решений, не вызывающих сомнений в их обоснованности. Материалы дела не содержат каких-либо данных о нарушениях закона, которые в соответствии со ст.75 УПК РФ могли бы явиться основанием для признания доказательств недопустимыми.

Выводы суда первой инстанции о доказанности виновности Преснякова в инкриминируемом ему преступлении соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на согласующихся и дополняющих друг друга показаниях самого осужденного, потерпевшего и свидетелей, а также на содержащихся в протоколах следственных действий и иных документах сведениях, имеющих доказательственное значение, которые подробно приведены в приговоре.

Данные доказательства в достаточной степени полно и правильно изложены, объективно проанализированы и оценены судом в соответствии с положениями ст.17, 87, 88 УПК РФ.

Показания потерпевшего и свидетелей обвинения согласуются между собой и другими исследованными доказательствами, являются подробными, непротиворечивыми, какой-либо заинтересованности с их стороны, либо оснований для оговора Преснякова и дачи заведомо ложных показаний, не усматривается. Данные лица являлись очевидцами описываемых событий или указали на источник своей осведомленности. Отдельные противоречия в их показаниях не являются существенными или были устранены в судебном заседании. Более того, сам Пресняков не отрицал, что вступал в физический контакт с потерпевшим с последующим падением, в этой части его показания полностью согласуются с установленными по делу обстоятельствами и являются достоверными.

В приговоре дана обоснованная оценка как показаниям потерпевшего и иных очевидцев, в том силе ФИО16 и ФИО26, так и свидетелей защиты ФИО19 и ФИО20, самого осужденного, а доводы последнего об отсутствии причинной связи между его действиями и наступившими последствиями является тактикой защиты от предъявленного обвинения.

Вопреки доводам кассационной жалобы, суды обоснованно критически отнеслись к показаниям свидетеля защиты ФИО19, поскольку перед началом своего допроса в качестве свидетеля она заявила о неприязненном отношении к потерпевшему ФИО8, что в свою очередь может свидетельствовать о ее предвзятости и заинтересованности.

Более того, показания данного свидетеля противоречивы и непоследовательны, противоречат как доказательствам со стороны обвинения, так и самого Преснякова, который пояснил суду, что именно от ФИО19 он узнал, что ФИО8 плохо высказывается о сотрудниках полиции, в то время как свидетель ФИО19 в своих показаниях в ходе предварительного следствия и в судебном заседании настаивала, что узнала о том, что ФИО8 плохо высказывается о сотрудниках полиции от Преснякова уже после произошедшего конфликта.

Показания свидетеля ФИО20 о невозможности причинения телесных повреждений при обстоятельствах, указанным потерпевшим, полностью опровергаются материалами дела, в том числе пояснениями эксперта ФИО15, которая полностью исключила возможность образования телесных повреждений у ФИО8 при обстоятельствах, указанных в протоколе допросе свидетеля ФИО20.

Как видно из приговора, суд не ограничился только указанием на доказательства, но и дал им надлежащую оценку, мотивировав свои выводы, а также обоснованно признал допустимыми доказательствами показания допрошенных как в ходе предварительного следствия, так и судебного разбирательства свидетелей обвинения, которые легли в основу обвинительного приговора, указав в основания принятого решения.

Приведенные в приговоре доказательства однозначно и категорично подтверждают вину Преснякова в совершении преступления при установленных судом обстоятельствах, поэтому все доводы стороны защиты об отсутствии достаточных доказательств, оговоре со стороны допрошенных лиц, о непричастности к содеянному, обоснованно признаны несостоятельными и опровергнутыми материалами уголовного дела.

Невыясненных обстоятельств, которые могли бы существенно повлиять на выводы суда о виновности Преснякова, а также оснований к иной оценке доказательств, не имеется.

Доводы кассационной жалобы аналогичны доводам апелляционных жалоб, не содержат новых обстоятельств, которые не были предметом обсуждения судов первой и апелляционной инстанции, направлены лишь на переоценку выводов судов, оснований для которой не усматривается.

Правильные по существу выводы, основанные на допустимых и достоверных доказательствах, со всей очевидностью изобличающих Преснякова в совершении преступления, оспариваются в жалобе исключительно путем переоценки в выгодную для осужденного сторону тех же доказательств, которые исследованы судом и положены в основу приговора. При этом каких-либо существенных обстоятельств, которые были оставлены без внимания суда, в жалобе не приведено.

Иная оценка доказательств является неубедительной и основанной на собственной субъективной оценке стороны защиты отдельных доказательств и фактов по уголовному делу. При этом оценка не в пользу стороны защиты, а также несогласие той либо иной стороны с принятым судом решением по вопросам, возникающим в ходе разбирательства дела, не может рассматриваться как обстоятельство, свидетельствующее о необъективности и заинтересованности суда.

То обстоятельство, что данная судом оценка доказательств не совпадает с позицией стороны защиты, не свидетельствует о нарушении требований уголовного и уголовно-процессуального законов и не является основанием для отмены или изменения состоявшихся судебных актов.

Нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального законов, которые бы повлияли на правильность установления фактических обстоятельств по делу, судом не допущено, в связи с чем доводы кассационной жалобы, основанные на собственной оценке фактических обстоятельств дела, отклоняются.

Правильно установив фактические обстоятельства, суд верно квалифицировал содеянное по ч. 1 ст. 118 УК РФ, что само по себе свидетельствует об отсутствии обвинительного уклона, так как изначально Преснякову инкриминировалось преступление, предусмотренное
ч.1 ст.111 УК РФ.

Вопреки доводам жалобы, обвинительное заключение составлено в соответствии с требованиями ст.220 УПК РФ.

Также несостоятельными являются доводы защиты о фальсификации постановления о возбуждении уголовного дела. В материалах дела содержится только постановление о возбуждении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ, а наличие опечаток в процессуальных документах не свидетельствует об их фальсификации. Более того, проставление о возбуждении уголовного дела не является доказательством вины, не отражено в перечне доказательств обвинительного заключения и не указано в качестве такового ни в приговоре, ни в апелляционном определении.

Оснований для возвращения уголовного дела прокурору в соответствии с требованиями ст. 237 УПК РФ не имеется.

Вопреки доводам Преснякова, подследственность уголовного дела определена правильно в соответствии со ст.151 УПК РФ

Доводы защиты о допущенных судами нарушениях закона являются лишь собственной произвольной интерпретацией правил оценки доказательств и правовых норм, регламентирующих уголовное судопроизводство, поэтому не могут являться основанием для отмены или изменения проверяемых кассационной инстанцией судебных актов.

Судебное разбирательство проведено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, всесторонне, полно и объективно, с соблюдением принципов состязательности и равноправия сторон, а также прав участников уголовного судопроизводства, при этом суд создал необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. Протокол судебного заседания соответствует требованиям закона, из его содержания следует, что в ходе судебного разбирательства были исследованы все доказательства, которые впоследствии были приведены в приговоре в качестве обосновывающих виновность осужденной. Все ходатайства по делу рассмотрены в строгом соответствии с требованиями закона, при этом сам по себе отказ в их удовлетворении при соблюдении процедуры их разрешения и обоснованности принятого решения, не может расцениваться как нарушение права на защиту, не свидетельствует о необъективности суда при рассмотрении уголовного дела, и также не влияет на законность принятого им решения.

Наказание Преснякову назначено в соответствии с положениями уголовного и уголовно-процессуального закона, предусмотренных
ст.6, 43, 60 УК РФ и ст. 299, 307 и 308 УПК РФ, регламентирующих порядок индивидуализации, с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, смягчающих и отсутствия отягчающих наказание обстоятельств, данных о личности виновного, влияния назначенного наказания на его исправление, а также исходя из целей уголовного закона восстановления социальной справедливости и исправления осужденного.

Приняв во внимание фактические обстоятельства совершенного преступления, степень его общественной опасности и влияние назначенного наказания на исправление осужденного, суд обоснованно посчитал необходимым назначить наказание в виде штрафа, при этом обоснованно в соответствии с ч. 5 ст. 72 УК РФ полностью освободил Преснякова полностью от назначенного наказания, что также свидетельствует об отсутствии обвинительного уклона.

Аналогичные доводы, изложенные в кассационной жалобе, суть которых сводится, в основном, к переоценке исследованных в суде доказательств, преимуществе одних из них над другими, ранее были предметом рассмотрения в апелляционном порядке судом второй инстанции и получили всестороннюю и правильную оценку в вынесенном им апелляционном определении, которое также является законным, обоснованным, мотивированным и соответствует требованиям, предъявляемым ст.389.28 УПК РФ. Оснований для переоценки выводов, изложенных в данном определении, не имеется.

Нарушений, являющихся в соответствии с ч.1 ст.401.15 УПК РФ основаниями отмены или изменения судебных решений, не допущено, кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь ст.401.14 и 401.15 УПК РФ,

определила:

приговор Раздольненского районного суда Республики Крым от 16.04.2025 и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Крым от 02.07.2025 в отношении Преснякова Евгения Сергеевича оставить без изменения, его кассационную жалобу – без удовлетворения.

Кассационное определение может быть обжаловано в Судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в порядке главы 47.1 УПК РФ.

Председательствующий

Судьи