ЧЕТВЕРТЫЙ КАССАЦИОННЫЙ СУД

    ОБЩЕЙ ЮРИСДИКЦИИ

                                                                                                      дело № 77-1354/2026

    КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

    г. Краснодар                     3 июня 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Четвертого кассационного суда общей юрисдикции в составе:

председательствующего Сиюхова А.Р.,

судей Полозовой Н.Ф. и Коротаева С.К.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Соболевской Е.В.

с участием прокурора Саушкиной И.В.,

осужденного Мироненко Д.В., его защитника-адвоката Качуровской Ю.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по кассационной жалобе адвоката Качуровской Ю.А. в интересах осужденного Мироненко Д.В. на приговор Симферопольского районного суда Республики Крым от 14 апреля 2025 года и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда Республики Крым от 2 сентября 2025 года.

Заслушав доклад судьи Сиюхова А.Р., выступления осужденного Мироненко Д.В., его защитника-адвоката Качуровской Ю.А. в поддержку доводов кассационной жалобы, возражения прокурора Саушкиной И.В., полагавшей необходимым судебные решения оставить без изменения, судебная коллегия

установила:

по приговору Симферопольского районного суда Республики Крым от 14 апреля 2025 года Мироненко ФИО23, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, ранее не судимый,

осужден:

- по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ (5 преступлений) к 3 годам лишения свободы за каждое;

- по п.п. «а», «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ (4 преступления) к 3 годам 1 месяцу лишения свободы за каждое.

В соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний, ФИО1 назначено окончательное наказание в виде лишения свободы сроком на 6 лет с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

В приговоре разрешены вопросы о мере пресечения, начале срока исчисления наказания и его зачете, гражданских исках, сохранении ареста на имущество осужденного и о судьбе вещественных доказательств.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ в приговор внесены изменения. Исключено из приговора указание в качестве доказательств показания свидетелей ФИО8 и ФИО9 В остальном приговор оставлен без изменения.

ФИО1 осужден за пять краж, то есть тайного хищения чужого имущества, совершенное с незаконным проникновением в жилище с причинением значительного ущерба гражданину, а также за четыре кражи, то есть тайного хищения чужого имущества, совершенные с незаконным проникновением в жилище, в крупном размере.

В кассационной жалобе адвокат ФИО7 выражает несогласие с приговором и апелляционным определением, считает судебные решения незаконными, необоснованными, чрезмерно суровыми и несправедливыми. Считает, что виновность ФИО1 не подтверждается доказательствами и материалами уголовного дела. Заявляет, что выводы, сделанные судом на основании соединений абонента сотовой связи в определенный период времени незаконны и не могут быть признаны доказательствами вины ФИО1, так как данная информация может указывать на местонахождение ФИО1 в радиусе до 50 км от любой сотовой вышки и сведения о соединениях абонента могут быть приняты несколькими сотовыми вышками сразу в одно и тоже время. По мнению адвоката, материалы уголовного дела не содержат иных доказательств достоверно подтверждающих нахождение ФИО1 в местах совершения краж, кроме предположительной информации, предоставленной ЦАФАП ГИБДД МВД по <адрес> и ООО «К-Телеком» о соединениях абонентского номера, принадлежащего ФИО1 Считает, что совокупностью доказательств не установлена виновность ФИО1 в совершении инкриминируемых преступлений. Обращает внимание на то, что осужденный признан виновным в хищении 89 ювелирных изделий общим весом 361,62 грамма, но при этом ни одного из изделий при ФИО1 или в ином месте не обнаружено. Заявляет, что сотрудники правоохранительных органов, принимая объяснения от ФИО1, осознавали, что он хищение не совершал, поскольку избегали вопрос о местоположении похищенного имущества. Настаивает на том, что для совершения инкриминируемых преступлений осужденному необходимо было доподлинно знать о нахождении ювелирных украшений в определенном домовладении, быть проинформированным о времени, в которое жильцы покидают дом, то есть для этого необходимо было провести слежку, доказательств чего материалы уголовного дела не содержат. Обращает внимание на то, что в приговоре отсутствует оценка доказательств стороны защиты, исследованных в судебном заседании. Так, приговор содержит ссылки на заключения судебно-трассологических экспертиз, исследованных стороной обвинения, и не содержит анализа исследованных стороной защиты в судебном заседании заключения судебно-товароведческих экспертиз, согласно выводам которых ущерб причинен потерпевшим значительно меньше, чем он указан в приговоре. Считает, что протокол обыска от ДД.ММ.ГГГГ является недопустимым доказательством, поскольку обыск по месту проживанию осужденного, находящегося на первом этаже двухэтажного дома, проводился в том числе на втором этаже в жилище ФИО10, который свое согласие не давал и в протоколе не указан. При этом в ходе обыска было изъято имущество, которое не связано с расследуемым делом. Также отмечает, что автомобиль Honda Civik изъят без осмотра его в салоне и багажных отделениях, не опечатан, сотрудники правоохранительных органов самостоятельно, используя топливо, приобретенное за личные средства ФИО1 перегнали автомобиль, на тот момент в неизвестное место. Считает, что в нарушение требований действующего законодательства РФ индивидуальные признаки изъятого не указаны, серия и номера купюр не описаны, название марки мобильных телефонов не описаны, при изъятии пластиковой емкости с бижутерией вообще даже не перечислены предметы, количество купюр номиналом 5000 рублей также не указано. Заявляет, что суд первой инстанции в приговоре указал, что показания свидетелей ФИО11, ФИО10, ФИО12 не имеют доказательственного значения по делу, однако не мотивировал свое решение. Отмечает, что в ходе допроса свидетелей председательствующий неоднократно снимал вопросы стороны защиты с мотивировкой, что они не имеют отношения к рассматриваемому уголовному делу. Кроме того, председательствующий неоднократно перефразировал вопросы защитника таким образом, что свидетелям и потерпевшему был понятен какой ответ на него хочет услышать суд. По мнению стороны защиты, суд первой инстанции ограничил защитника в возможности задавать вопросы отдельным свидетелям и потерпевшим в целях установления правдивости их показаний и тем самым лишил его права на исследование доказательств в судебном заседании первой инстанции. Считает, что должная оценка судом первой инстанции всем обстоятельствам, смягчающим наказание, как по отдельности, так и в своей совокупности не дана. Заявляет, что суд не учел следующие данные о личности ФИО1, который положительно характеризуется, ранее не судим, к уголовной и административной ответственности не привлекался, длительное время был официально трудоустроен, в настоящий момент является самозанятым, на учете у врачей нарколога и психиатра не состоит. Также, судом первой инстанции не исследован вопрос о влиянии назначаемого вида и размера наказания на условия жизни его семьи, а именно его супруги и двух малолетних детей, которые остались с не работающей, занимающейся их уходом, матерью, имеющей неудовлетворительное состояние здоровья. Просит приговор и апелляционное определение отменить, передать уголовное дело на новое судебное рассмотрение.

В письменных возражениях прокурор <адрес> Республики Крым ФИО13 просит судебные решения оставить без изменения, кассационную жалобу без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы кассационной жалобы и возражений, судебная коллегия пришла к следующим выводам.

В силу ст. 401.1 УПК РФ суд кассационной инстанции проверяет по кассационным жалобе, представлению законность приговора, определения или постановления суда, вступивших в законную силу.

Согласно ч. 1 ст. 401.15 УПК РФ основаниями отмены или изменения приговора, определения или постановления суда при рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела.

Такие нарушения по данному делу не допущены.

Из материалов дела следует, что уголовное дело в отношении ФИО1 рассмотрено судом с соблюдением процедуры уголовного судопроизводства, предусмотренной главой 35 УПК РФ, обвинительный приговор соответствует положениям ст. ст. 304 - 309 УПК РФ, в нем указаны обстоятельства преступного деяния, признанного судом доказанным, проанализированы доказательства и мотивированы выводы относительно виновности осужденного и квалификации его действий.

Данных о том, что предварительное следствие и судебное разбирательство проводились предвзято либо с обвинительным уклоном и что суд отдавал предпочтение какой-либо из сторон, из материалов дела не усматривается.

Содержание доводов о необоснованности осуждения по существу повторяют процессуальную позицию стороны защиты в суде первой и апелляционной инстанций, которая была в полном объеме проверена при рассмотрении дела судами и отвергнута как несостоятельная после исследования всех юридически значимых обстоятельств с приведением выводов, ее опровергающих.

Согласно протоколу судебного заседания, разбирательство уголовного дела проводилось в установленном законом порядке при соблюдении принципов состязательности и равноправия сторон. Ущемления прав участников процесса в ходе уголовного судопроизводства не допущено, заявленные ходатайства разрешены в соответствии с требованиями закона

Выводы суда о виновности ФИО1 в совершении инкриминируемых преступлений основаны на совокупности доказательств, а именно на показаниях потерпевших ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, свидетелей ФИО18, ФИО19, ФИО20, сообщивших сведения, в той или иной степени изобличившие осужденного; протоколах следственных действий и иных письменных доказательствах, изложенных в приговоре.

Доказательства, положенные в основу виновности ФИО1, собраны с соблюдением требований ст. 74 УПК РФ и ст. 86 УПК РФ, исследованы в судебном заседании и подробно приведены в приговоре и апелляционном определении, в соответствии с требованиями ст. ст. 87 и 88 УПК РФ им дана надлежащая оценка с точки зрения относимости и допустимости, а также приведены мотивы, по которым суд принял одни доказательства и отверг другие. Каких-либо противоречий в выводах обжалуемых решений судами не допущено.

В соответствии с требованиями закона, суд раскрыл в приговоре содержание доказательств, то есть изложил существо показаний осужденной, свидетелей, сведения, содержащиеся в письменных доказательствах.

Существенные противоречия в доказательствах судами первой и апелляционной инстанций не обнаружены, оснований не доверять им не имелось. Каких-либо оснований для оговора осужденных со стороны потерпевших и свидетелей не установлено.

Утверждение адвоката о необоснованности выводов суда относительно сведений, предоставленных ЦАФАП ГИБДД МВД по <адрес> и ООО «К-Телеком» о соединениях абонентского номера, принадлежащего ФИО1, не опровергает вывод суда о виновности ФИО1 в совершении инкриминируемых преступлений. Информация, полученная из указанных документов относительно передвижений автомобиля, принадлежащего ФИО1, и местоположения его мобильного телефона, обосновано признаны судом допустимыми доказательствами, поскольку они дополняют иные доказательства по делу, а материалы дела не содержат сведений о получении их способом не соответствующим требованиям уголовно-процессуального закона.

Протокол обыска от ДД.ММ.ГГГГ и производные от него заключения экспертиз обосновано признаны судом допустимыми доказательствами, поскольку согласно постановлению Черноморского районного суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ, обыск признан законным.

Заключения экспертиз отвечают требованиям ст. 204 УПК РФ. Экспертизы проведены уполномоченными лицами - экспертами, имеющими познания в данной области и значительный стаж работы по специальности, а также предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, сделанные ими выводы являются обоснованными, понятными, логичными и согласующимися с иными доказательствами.

Утверждение защиты о том, что для совершения инкриминируемых преступлений осужденному необходимо было доподлинно знать о нахождении ювелирных украшений в определенном домовладении, быть проинформированным о времени, в которое жильцы покидают дом, является личной интерпретацией адвоката материалов дела и ничем по сути не подтверждается, не является основанием для признания приговора незаконным и необоснованным.

Объект похищенного по каждому преступлению установлен судом верно на основании показаний потерпевших, которые подробно сообщили список украденного и их характеристики, период приобретения. В целях установления стоимости украденного по запросу следователя СЧ СУ МВД по <адрес> ФИО21 была затребована информация от ИП «Некрасова» о магазинной и ломбардной стоимости, а также стоимости за лом.

Значительность ущерба определена судом с учетом имущественного положения потерпевших, стоимости похищенного имущества, его значимости для потерпевших.

Вместе с тем, вопреки доводам адвоката, судом верно не были взяты во внимание товароведческие экспертизы, поскольку в экспертизах высказаны экспертом суждения относительно стоимости на момент хищения перечисленных в обвинении предметов, которые противоречат показаниям потерпевших в части сведений о стоимости указанных изделий с учетом износа, которые не совпадают с эксплуатацией похищенных предметов, указанных потерпевшими.

Судебная коллегия приходит к выводу, что доводы кассационной жалобы по сути сводятся к переоценке доказательств, которые оценены судом по внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся доказательств, как это предусмотрено ст. 17 УПК РФ. То обстоятельство, что оценка доказательств, данная судом первой инстанции, не совпадает с позицией осужденного и защитника, не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона и не ставит под сомнение выводы суда.

Именно тщательный анализ и основанная на законе оценка всех исследованных в судебном заседании доказательств в их совокупности, позволили суду установить фактические обстоятельства преступления, правильно применить уголовный закон и квалифицировать содеянное ФИО1

Наказание ФИО1 назначено в соответствии с ч. 1 ст. 6, ч. 2 ст. 43, ч. 3 ст. 60 УК РФ и соответствует характеру и степени общественной опасности совершенного преступления, с учетом влияния назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи и данных о личности, а также наличия обстоятельств, смягчающих наказания, к которым суд отнес явку с повинной, наличие малолетних детей, состояние здоровья супруги, и отсутствия обстоятельств, отягчающих наказание.

Иных обстоятельств, обязательных к учету судом в качестве смягчающих, по делу не обнаружено.

При назначении наказания судом учтены в том числе обстоятельства, указанные в кассационной жалобе.

Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением вовремя или после совершения преступления, а также других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, по делу не обнаружено.

С учетом положений ст. 43 УК РФ и ст. 60 УК РФ, суд посчитал необходимым и целесообразным назначить наказание осужденному в виде лишения свободы. Вместе с тем, принимая во внимание фактические обстоятельства совершенных преступлений и степень их общественной опасности, суд обоснованно не нашел оснований для применения при назначении ФИО1 наказания положений ст. 73 УК РФ.

Вид исправительного учреждения, в котором осужденному надлежит отбывать наказание в виде лишения свободы, определен в соответствии с п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ верно.

Наказание, назначенное ФИО1 является справедливым и соразмерным содеянному.

При апелляционном рассмотрении дела судебная коллегия в соответствии требованиям УПК РФ проверила законность, обоснованность и справедливость приговора, в том числе по доводам апелляционных жалоб, аналогичных доводам кассационной жалобы, и вынесла определение в соответствии с требованиями ст. ст. 389.20, 389.28 УПК РФ, внеся необходимые изменения в приговор и приведя убедительные мотивы принятого решения, не согласиться с которыми оснований не имеется.

Таким образом, существенных нарушений уголовного и (или) уголовно-процессуального законов, повлиявших на исход дела в части вопросов виновности ФИО1, квалификации его действий и назначения ему справедливого наказания, по делу не допущено, кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.

На основании изложенного, руководствуясь п. 1 ч. 1 ст. 401.14 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

кассационную жалобу адвоката ФИО7 в интересах осужденного ФИО1 на приговор Симферопольского районного суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 оставить без удовлетворения.

Кассационное определение может быть обжаловано в Судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ.

Председательствующий

Судьи